
Олег Владимирович Тиммерман принадлежит к числу тех региональных авторов, чьё творчество прочно связано с историей и культурой родных мест. Поэт, прозаик, журналист и краевед, он оставил заметный след в литературной жизни Псковщины. В его стихах и прозе суровость пережитых исторических событий сочетается с мягкостью и певучестью поэтического слога.
Будущий литератор появился на свет 23 января 1928 года в городе Пскове, который всю жизнь воспевал в своих стихах. В годы Великой Отечественной войны мальчику пришлось пережить эвакуацию в Горьковскую область. Как и многим подросткам военного времени, заменявшим ушедших на фронт мужчин, ему довелось рано узнать истинную цену тяжёлого крестьянского труда на колхозных полях.
После окончания войны Тиммерман вернулся в разрушенный Псков. Окончив среднюю школу, он был призван в армию; службу проходил в частях морской авиации Военно-Морского Флота. Опыт военных и послевоенных лет позже лёг в основу его творчества. Без лишнего надрыва, но с документальной точностью он воссоздавал в своих произведениях приметы эпохи — от разминирования псковских домов до суровых уроков, которые оставила после себя война.
Интерес к истории края привёл Олега Владимировича на исторический факультет Псковского государственного педагогического института имени С. М. Кирова. Окончив его заочно, он не сразу пришёл к журналистике. Тиммерман работал электромонтёром, матросом, художником в кинотеатре, связистом на Сахалине и научным сотрудником в музее. Частая смена профессий временами оборачивалась житейскими трудностями, но одновременно обогащала его творчество разнообразным жизненным опытом.
Став членом Союза журналистов СССР, Тиммерман много времени проводил в корреспондентских командировках по районам области, собирая материалы о сельских тружениках. Позже он работал в Псковском областном Доме народного творчества.
Главным же его увлечением оставалась поэзия. Лирика Тиммермана отличалась музыкальностью: его стихотворения публиковали ведущие литературные журналы страны — «Нева», «Аврора» и «Наш современник». При этом в профессиональной среде Олег Владимирович был известен как человек ранимый, чувствительный к критике и бытовой неустроенности. Из-за высокой требовательности к себе он долгое время не решался издать собственную книгу.
При жизни поэта вышли лишь два его сборника — «Удивление» (1980) и «На земле обелисков» (1981). К моменту этого позднего литературного дебюта Олегу Владимировичу было уже за пятьдесят.
Основными темами поэзии Олега Тиммермана были древнерусская история Псковской земли и события Великой Отечественной войны. В его стихах одинаково весомо звучали и образы эпохи Александра Невского, и память о блокадном Ленинграде. При этом для его лирики характерны мотивы одиночества и глубокой внутренней грусти — отголоски пережитого в детстве военного времени. Тиммерман не стремился к трибунному пафосу; в своём творчестве он говорил о рабочей совести и честности, противопоставляя их обывательскому равнодушию.
Внутренняя независимость и склонность к рефлексии порой мешали ему адаптироваться к требованиям советской журналистской и номенклатурной среды. Олег Владимирович так и не вступил в Союз писателей СССР, оставшись региональным автором, чьё творчество ценили на Псковщине, но мало знали в столице.
Олег Владимирович Тиммерман скончался в мае 1984 года, не успев реализовать многие творческие замыслы. Однако его голос не затих — благодаря усилиям вдовы, Зинаиды Михайловны, позже были подготовлены и изданы сборники «Уголёк любви» (1996) и «Псковская Русь» (2003). Итогом его творческого пути стали простые и точные строки собственного стихотворения:
От блеска наград не ослеп.
Мне в разные годы отчизна
Вручала то молот, то серп.
Припудрясь цементною пылью,
Украсясь мазутным мазком,
Хотел я, чтоб сделалась былью
Легенда о счастье людском.
Порой оступался в болото,
Где гнил обывательский хлам,
Но вновь от соленого пота
Рубашка моя — пополам.
Вставал, с пустозвонами ссорясь,
Ложился, бахвальство кляня…
Я верил в обычную совесть,
С которой родили меня.
Простым рядовым пятилеток
Лелеял цветы на золе,
Чтоб тихо сказать напоследок:
«Я тоже ходил по земле».
