Метка: 2019

Федотова Ларина Викторовна

Ларина Викторовна Федотова с авторским изданием своей книги «На Россию охотников много» в читальном зале библиотеки. Цифровая художественная реконструкция выполнена на основе прижизненного архивного фотопортрета из фондов «Централизованной библиотечной системы» города Пскова. Образ воссоздан в стилистике классической интерьерной фотографии начала XXI века с детальным воспроизведением оригинального библиографического оформления книги автора, включая пейзажную зимнюю графику обложки и оригинальные шрифтовые начертания. Компьютерная обработка, дизайн, проработка элементов обложки и пространственная композиция — А. В. Камянчук.

Лари­на Вик­то­ров­на Федо­то­ва при­над­ле­жит к поко­ле­нию авто­ров, чьё дет­ство и миро­воз­зре­ние сфор­ми­ро­ва­лись под вли­я­ни­ем воен­ных тра­ге­дий сере­ди­ны два­дца­то­го века. Для неё лите­ра­ту­ра нико­гда не была про­сто увле­че­ни­ем фор­мой. Твор­че­ство Федо­то­вой ста­ло попыт­кой сохра­нить исто­ри­че­скую память наро­да. Бес­ком­про­мисс­ная, глу­бо­ко пере­жи­ва­ю­щая за судь­бу сла­вян­ско­го мира и вер­ная пра­во­слав­ным тра­ди­ци­ям, она через всю свою жизнь про­нес­ла глав­ные темы: стой­кость, тра­гизм и вели­чие народ­ной судь­бы.

Жиз­нен­ный путь буду­щей писа­тель­ни­цы начал­ся 8 янва­ря 1936 года в деревне Пах­те­е­во Чере­по­вец­ко­го рай­о­на. Хотя по рож­де­нию её род­ные места отно­си­лись к Ленин­град­ской, а ныне к Воло­год­ской обла­сти, вся даль­ней­шая судь­ба и взрос­ле­ние Лари­ны Вик­то­ров­ны ока­за­лись нераз­рыв­но свя­за­ны с Псков­щи­ной. Нача­ло Вели­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны заста­ло семью в Невель­ском рай­оне, где мать с малень­кой доче­рью и сыном ока­за­лись в окку­па­ции. Годы в захва­чен­ном крае при­нес­ли ран­ний опыт стра­ха, голо­да и лише­ний. Воз­вра­ще­ние отца, при­шед­ше­го с фрон­та инва­ли­дом, лишь укре­пи­ло в девоч­ке щемя­щее чув­ство сопри­част­но­сти к общей народ­ной беде.

Её про­фес­си­о­наль­ный путь сло­жил­ся в сто­роне от лите­ра­тур­ной сре­ды. Окон­чив в 1958 году Ленин­град­ский элек­тро­ме­ха­ни­че­ский тех­ни­кум, она по рас­пре­де­ле­нию уеха­ла на Урал. Рабо­та­ла на обо­рон­ных пред­при­я­ти­ях: сна­ча­ла на радио­за­во­де в горо­де Кас­ли, а с 1961 года, вый­дя замуж за воен­но­го, пере­еха­ла в закры­тый атом­ный город Челя­бинск-70 (ныне Сне­жинск).

Несмот­ря на сугу­бо тех­ни­че­скую спе­ци­аль­ность и стро­гую спе­ци­фи­ку закры­то­го про­из­вод­ства, Федо­то­ва про­дол­жа­ла писать сти­хи. На Ура­ле она ста­ла актив­ной участ­ни­цей извест­ных лите­ра­тур­ных объ­еди­не­ний «Тро­па» и «Све­ту­нец». В 1981 году к ней при­шло пер­вое серьез­ное при­зна­ние, когда в Москве в изда­тель­стве «Совре­мен­ник» вышел её дебют­ный сбор­ник сти­хо­тво­ре­ний «Алё­нуш­ка». Одна­ко ураль­ской ста­биль­но­сти она пред­по­чла воз­вра­ще­ние в род­ные края и в 1983 году пере­еха­ла в Псков.

Всту­пив в 1991 году в Союз писа­те­лей Рос­сии, Федо­то­ва ста­ла одним из актив­но пуб­ли­ку­ю­щих­ся авто­ров реги­о­на. Она изда­ла более четыр­на­дца­ти поэ­че­ских сбор­ни­ков, сре­ди кото­рых «Мы — рус­ские», «Льня­ное поле», «Наци­о­наль­ный ген», а так­же авто­био­гра­фи­че­скую про­зу «Рус­ский ветер памя­ти». К 1100-летию пер­во­го упо­ми­на­ния Пско­ва в лето­пи­си она выпу­сти­ла кни­гу лири­ки «Псков­ские веси», издан­ную в 2003 году. Замет­ной вехой ста­ло и обще­ствен­ное при­зна­ние, ведь за кни­гу «Гла­гол» поэтес­са была удо­сто­е­на дипло­ма Мини­стер­ства куль­ту­ры Рос­сии.

За этой види­мой твор­че­ской вос­тре­бо­ван­но­стью скры­вал­ся непро­стой душев­ный опыт. Воен­ное дет­ство, окку­па­ция и кру­ше­ние при­выч­ных иде­а­лов на рубе­же эпох оста­ви­ли глу­бо­кий след в её харак­те­ре. Кол­ле­ги по лите­ра­тур­но­му цеху вспо­ми­на­ли её как чело­ве­ка рани­мо­го и обострён­но чув­стви­тель­но­го к любой кри­ти­ке, что порой ослож­ня­ло обще­ние с окру­же­ни­ем.

Наи­бо­лее дра­ма­тич­ной стра­ни­цей её псков­ско­го пери­о­да стал глу­бо­кий кон­фликт внут­ри реги­о­наль­но­го отде­ле­ния Сою­за писа­те­лей, кото­рый воз­глав­лял Алек­сандр Боло­гов. Лич­ные и твор­че­ские раз­но­гла­сия обост­ри­лись до пре­де­ла, и точ­кой невоз­вра­та ста­ла её рез­кая пуб­ли­ка­ция в газе­те «Вечер­ний Псков» под гром­ким заго­лов­ком «Раз — жулик, два — мошен­ник, три — гос­по­ди, помо­ги…». В этой ста­тье Лари­на Вик­то­ров­на откры­то обру­ши­лась с кри­ти­кой на сво­их кол­лег по лите­ра­тур­но­му цеху. При под­го­тов­ке тек­ста к печа­ти редак­то­ру даже при­шлось убрать слиш­ком соле­ные выпа­ды авто­ра. Этот демарш мест­ное руко­вод­ство рас­це­ни­ло как пря­мое нару­ше­ние кор­по­ра­тив­ной эти­ки, и на засе­да­нии сою­за было при­ня­то жест­кое реше­ние исклю­чить Федо­то­ву из орга­ни­за­ции.

Для поэтес­сы этот раз­рыв стал тяже­лой душев­ной трав­мой, но её граж­дан­ская пози­ция и вер­ность теме исто­ри­че­ской памя­ти оста­ва­лись непо­ко­ле­би­мы­ми. Со вре­ме­нем ост­рые углы сгла­ди­лись, и к позд­ним юби­ле­ям мест­ная писа­тель­ская орга­ни­за­ция офи­ци­аль­но поздрав­ля­ла авто­ра, при­зна­вая её несо­мнен­ный вклад в лите­ра­ту­ру края.

Лари­на Вик­то­ров­на Федо­то­ва ушла из жиз­ни 12 декаб­ря 2019 года. Её зем­ной при­чал остал­ся в Пско­ве, и поэтес­су похо­ро­ни­ли на клад­би­ще «Орле­цы». Она вер­ну­лась навсе­гда в ту самую псков­скую зем­лю, кото­рой пре­дан­но посвя­ти­ла своё твор­че­ство.

До послед­них дней она стре­ми­лась пере­дать моло­дым поко­ле­ни­ям память о цене заво­ё­ван­но­го мира, часто повто­ряя: «Пока мы живы, спра­ши­вай­те нас…». Боль­ше все­го она боя­лась исто­ри­че­ско­го бес­па­мят­ства и иска­же­ния прав­ды о войне, сви­де­те­лем кото­рой ста­ла в дет­стве. Свой глав­ный завет буду­щим защит­ни­кам Оте­че­ства Лари­на Федо­то­ва выра­зи­ла в про­стых и твёр­дых стро­ках:

Не отнять у нас Победу,
Мы её не отдадим...

Алек­сандр Камян­чук «Журав­ли над Вели­кой».

Тумарев Геннадий Григорьевич

Геннадий Григорьевич Тумарев с авторским изданием своего поэтического сборника «Я люблю» в интерьере библиотеки. Цифровая художественная реконструкция выполнена на основе прижизненного архивного фотопортрета из историко-краеведческих фондов Муниципального учреждения культуры «Невельская центральная районная библиотека». Образ воссоздан в стилистике классической интерьерной фотографии начала XXI века с детальным воспроизведением оригинального библиографического оформления книги автора и пейзажной графики обложки. Пространственная композиция дополнена размещенным в интерьере живописным видом Свято-Троицкого кафедрального собора города Невеля. Компьютерная обработка, дизайн, проработка элементов обложки и пространственная композиция — А. В. Камянчук.

В оте­че­ствен­ной куль­ту­ре издав­на суще­ству­ет раз­де­ле­ние твор­цов на «оча­ро­ван­ных стран­ни­ков», ищу­щих вдох­но­ве­ние вда­ли от дома, и «хра­ни­те­лей оча­га», проч­но свя­зан­ных судь­бой с род­ным кра­ем. Ген­на­дий Гри­го­рье­вич Тума­рев был из чис­ла послед­них. Всю свою тру­до­вую жизнь он чер­пал темы и вдох­но­ве­ние из одно­го источ­ни­ка — зем­ли Невель­ско­го рай­о­на. Тума­рев не стре­мил­ся к извест­но­сти, но имен­но ему суж­де­но было стать пер­вым невель­ским поэтом, при­ня­тым в Союз писа­те­лей Рос­сии.

Его судь­ба взя­ла отсчёт 5 июля 1939 года в деревне Сень­ко­во, все­го за несколь­ко недель до нача­ла Вто­рой миро­вой вой­ны. Буду­щий поэт вырос сре­ди кре­стьян­ско­го тру­да и с ран­них лет нахо­дил радость в самых про­стых вещах: сено­кос­ных рас­све­тах, шаге за плу­гом в окру­же­нии гра­чей и дере­вен­ских гуля­ньях дотем­на под зву­ки гар­мо­ни.

Сти­хи начал писать в шестом клас­се и, уве­рен­ный в успе­хе, отпра­вил их пря­ми­ком в мос­ков­скую «Пио­нер­скую прав­ду». Отту­да при­шёл веж­ли­вый, но разо­ча­ро­вав­ший под­рост­ка совет: «пора­бо­тать над риф­мой». Маль­чик оби­дел­ся и решил навсе­гда оста­вить сти­хи, но поэ­зия раз за разом воз­вра­ща­ла его к бума­ге.

Шко­лу-семи­лет­ку он окон­чил в деревне Ива­но­во, а сред­нее обра­зо­ва­ние полу­чил в Вели­ких Луках. Затем Тума­рев вер­нул­ся в Невель­ский рай­он, где про­жил уди­ви­тель­но раз­но­об­раз­ную тру­до­вую жизнь: успел пора­бо­тать поле­во­дом, груз­чи­ком, меха­ни­ком, биб­лио­те­ка­рем, заве­ду­ю­щим сель­ским клу­бом и спорт­ком­плек­сом. Спорт был его боль­шой стра­стью — до глу­бо­кой ста­ро­сти Тума­рев ездил на вело­си­пе­де, играл в шах­ма­ты и волей­бол, а в послед­ние годы осво­ил скан­ди­нав­скую ходь­бу и обли­вал­ся ледя­ной коло­дез­ной водой. Для доче­ри Свет­ла­ны он навсе­гда остал­ся при­ме­ром муж­чи­ны, в кото­ром поэ­ти­че­ский дар соче­тал­ся с уди­ви­тель­ным тру­до­лю­би­ем, — чело­ве­ка, спо­соб­но­го и стих напи­сать, и дро­ва нако­лоть.

Путь Тума­ре­ва к чита­те­лю про­би­вал­ся сквозь стра­ни­цы рай­он­ных и област­ных газет, выступ­ле­ния на мест­ном радио и теле­ви­де­нии. Пер­вый сбор­ник, «Берё­зо­вый свет», был опуб­ли­ко­ван в 1981 году. За ним после­до­ва­ли кни­ги «Я люб­лю» (1992), «Ещё про­щать­ся рано» (1995) и ито­го­вая «Не может про­хо­дить любовь» (2008). Он же соста­вил извест­ный кра­е­вед­че­ский аль­ма­нах «…и Невель в серд­це у меня». В 1997 году Тума­ре­ва при­ня­ли в Союз писа­те­лей Рос­сии — дол­гое вре­мя он оста­вал­ся един­ствен­ным чле­ном это­го твор­че­ско­го сою­за на всей Невель­щине.

Его сти­хи обла­да­ют ред­ким свой­ством: за внеш­ней про­сто­той строк о меха­ни­за­то­рах, бро­шен­ных котя­тах и цве­ту­щей черё­му­хе все­гда откры­ва­лись глу­бо­кие вопро­сы — о доб­ре, зле и смыс­ле чело­ве­че­ско­го зем­но­го пути. При этом Ген­на­дий Гри­го­рье­вич был пол­но­стью лишен автор­ско­го тще­сла­вия, и, воз­мож­но, имен­но поэто­му его сло­во было так близ­ко людям.

Ген­на­дий Гри­го­рье­вич Тума­рев ушёл из жиз­ни 5 мар­та 2019 года на вось­ми­де­ся­том году жиз­ни. До послед­них дней он оста­вал­ся верен сво­е­му тихо­му при­ча­лу — Невель­ской зем­ле, вос­пе­той им без при­крас и фаль­ши. Он оста­вил после себя не про­сто кни­ги, а искрен­нюю и глу­бо­кую поэ­ти­че­скую лето­пись псков­ской дерев­ни, в кото­рой каж­дый зем­ляк и сего­дня может узнать себя, свою юность и свою любовь.

Похо­ро­нен поэт в деревне Ива­но­во. В 2020 году в его память была уста­нов­ле­на мемо­ри­аль­ная дос­ка. Свою любовь к род­ным местам он выра­зил про­сты­ми и точ­ны­ми стро­ка­ми:

Невель, Невель, родная сторонка,
Сквозь невзгоды всё видится мне,
Как лучи рассыпаются звонко
По рассветной озёрной волне…

Алек­сандр Камян­чук «Журав­ли над Вели­кой».

Ильин Борис Тимофеевич

Борис Тимофеевич Ильин с авторским изданием своей книги «Княгиня Ольга» на фоне зимнего пейзажа. Цифровая художественная реконструкция выполнена на основе прижизненного архивного фотопортрета из фондов муниципального бюджетного учреждения культуры «Палкинская централизованная библиотечная система». Компьютерная обработка, дизайн, проработка элементов обложки и пространственная композиция — А. В. Камянчук.

Твор­че­ская все­лен­ная Бори­са Тимо­фе­е­ви­ча Ильи­на дер­жа­лась на трёх стол­пах: в его про­зе орга­нич­но пере­пле­лись холод­ные вол­ны север­ных морей, горь­кий полын­ный дух ухо­дя­щей рус­ской дерев­ни и мер­ный набат древ­не­рус­ской исто­рии. Писа­тель, жур­на­лист, под­вод­ник и узник фашист­ско­го конц­ла­ге­ря про­жил жизнь такой неве­ро­ят­ной плот­но­сти, что её сюже­тов хва­ти­ло бы на деся­ток рома­нов.

Дет­ство буду­ще­го писа­те­ля, появив­ше­го­ся на свет 1 мая 1940 года в посёл­ке Крас­ный Бор Ленин­град­ской обла­сти, уже через год пере­черк­ну­ла вой­на. В мла­ден­че­ском воз­расте его вме­сте с мате­рью угна­ли в Восточ­ную Прус­сию, в лагерь для остар­бай­те­ров под Рас­тен­бур­гом. Впе­ре­ди были гни­лые бара­ки, холод и изну­ри­тель­ный труд мате­ри в хозяй­стве немец­кой поме­щи­цы. Такое не забы­ва­ет­ся, даже если в ту пору ребён­ку испол­ни­лось все­го два года. Ран­ние потря­се­ния оста­ют­ся с чело­ве­ком навсе­гда, со вре­ме­нем пре­вра­ща­ясь в глу­бо­кую душев­ную рану.

После вой­ны семья вер­ну­лась на род­ную Псков­щи­ну. Повзрос­лев, Борис выбрал море: окон­чил Мур­ман­ское море­ход­ное учи­ли­ще, слу­жил под­вод­ни­ком на Север­ном фло­те, а поз­же стал штур­ма­ном даль­не­го пла­ва­ния. Демо­би­ли­зо­вав­шись, он вер­нул­ся к роди­те­лям и в 1963 году кру­то изме­нил судь­бу, воз­гла­вив класс англий­ско­го язы­ка в Поже­ре­виц­кой шко­ле Дедо­вич­ско­го рай­о­на. Это был неожи­дан­ный, но по-сво­е­му логич­ный пере­ход — от без­мол­вия под­вод­ных глу­бин к шум­ным школь­ным кори­до­рам.

В 1974 году Ильин окон­чил Лите­ра­тур­ный инсти­тут име­ни А. М. Горь­ко­го, а с 1982 года свя­зал свою жизнь с жур­на­ли­сти­кой, воз­гла­вив Пал­кин­скую рай­он­ную газе­ту «Льно­вод» (ныне — «Пал­кин­ский вест­ник»), кото­рой руко­во­дил вплоть до выхо­да на пен­сию. Все эти годы глав­ным его при­ча­лом оста­ва­лась семья: ещё в 1967 году он обвен­чал свою судь­бу с вер­ной спут­ни­цей — женой Люд­ми­лой Ива­нов­ной.

Пер­вая кни­га писа­те­ля — сбор­ник рас­ска­зов «В сто­роне от боль­ших дорог» — уви­де­ла свет в 1981 году. Она была цели­ком посвя­ще­на Пал­кин­ской зем­ле и её людям, в чьих судь­бах отра­жа­лась тихая дра­ма ухо­дя­щей рус­ской дерев­ни. За этим дебю­том после­до­ва­ли глу­бо­кие, зре­лые кни­ги «Звез­да при­вет­ная» (1996) и «На рос­ста­нях» (2000). Ито­гом же мно­го­лет­не­го писа­тель­ско­го тру­да ста­ла мас­штаб­ная три­ло­гия «Псков­ские маль­цы» (2010–2012) — прон­зи­тель­ное повест­во­ва­ние о дере­вен­ском дет­стве нака­нуне тек­то­ни­че­ских пере­стро­еч­ных пере­мен.

Морю писа­тель тоже нико­гда не изме­нял: его доку­мен­таль­ная повесть «Во сла­ву рус­ско­го фло­та» (2005) сохра­ни­ла для исто­рии имя зем­ля­ка — комен­до­ра леген­дар­но­го крей­се­ра «Варяг» Ива­на Афа­на­сье­ва. А в зре­лые годы Борис Тимо­фе­е­вич обра­тил­ся к теме, кото­рая дол­го и под­спуд­но жда­ла сво­е­го часа, — к исто­кам рус­ской госу­дар­ствен­но­сти. Так роди­лись мас­штаб­ные исто­ри­че­ские пове­сти «Кня­ги­ня Оль­га» (2002), «Свя­то­слав» (2004), «Кре­сти­тель Руси Вла­ди­мир» (2008) и «Алек­сандр Нев­ский» (2014).

В 1991 году Борис Тимо­фе­е­вич был при­нят в Союз писа­те­лей Рос­сии. Вый­дя на заслу­жен­ный отдых, он про­дол­жал отда­вать все­го себя Пал­кин­ской зем­ле: мно­го лет воз­глав­лял мест­ный Совет вете­ра­нов вой­ны и тру­да, за что был удо­сто­ен зва­ния Почёт­но­го граж­да­ни­на рай­о­на.

Борис Тимо­фе­е­вич Ильин ушел из жиз­ни 24 мар­та 2019 года в посёл­ке Пал­ки­но. Это был чело­век, кото­рый в мла­ден­че­стве про­шёл через фашист­ский плен, а в юно­сти — через суро­вую под­вод­ную служ­бу, что­бы затем всю жизнь вгля­ды­вать­ся в про­шлое и насто­я­щее род­ной зем­ли, береж­но фик­си­руя её судь­бу в сво­их кни­гах.

Алек­сандр Камян­чук «Журав­ли над Вели­кой».

Бологов Александр Александрович

Александр Александрович Бологов с авторским изданием своей повести «Если звёзды зажигают…» в интерьере библиотеки. Цифровая художественная реконструкция выполнена на основе прижизненного архивного фотопортрета из фондов «Централизованной библиотечной системы» города Пскова. Образ воссоздан в стилистике классической интерьерной фотографии начала XXI века с детальным воспроизведением оригинального библиографического оформления и графических элементов обложки книги автора, изображающей корабль в ночном море под звездным небом. Компьютерная обработка, дизайн, проработка элементов обложки и пространственная композиция — А. В. Камянчук.

Алек­сандр Алек­сан­дро­вич Боло­гов при­шёл в лите­ра­ту­ру с моря — в бук­валь­ном смыс­ле. Жиз­нен­ный путь буду­ще­го писа­те­ля начал­ся 7 сен­тяб­ря 1932 года в Орле в семье желез­но­до­рож­ни­ков, а в девять лет маль­чи­ку при­шлось пере­жить окку­па­цию. Этот горь­кий дет­ский опыт спу­стя деся­ти­ле­тия ото­звал­ся в его воен­ной про­зе, в част­но­сти в прон­зи­тель­ном сбор­ни­ке «Вальс побед­но­го дня».

Мор­ская судь­ба Алек­сандра Алек­сан­дро­ви­ча опре­де­ли­лась рано: с 1946 по 1949 год он учил­ся в шко­ле юнг Бал­тий­ско­го фло­та в Риге, а затем окон­чил судо­ме­ха­ни­че­ское отде­ле­ние Ломо­но­сов­ско­го море­ход­но­го учи­ли­ща. Годы рабо­ты мото­ри­стом и меха­ни­ком на судах вспо­мо­га­тель­но­го фло­та на Севе­ре дали буду­ще­му авто­ру то, чему не научат ни в одном лите­ра­тур­ном инсти­ту­те. Там, в суро­вых север­ных морях, он твёр­до усво­ил, что цена чело­ве­че­ско­го сло­ва и това­ри­ще­ской надёж­но­сти изме­ря­ет­ся выжи­ва­ни­ем все­го эки­па­жа.

В 1963 году быв­ший моряк осел в Пско­ве — учи­те­лем лите­ра­ту­ры и чер­че­ния в шко­ле №8. Здесь он создал Школь­ный театр опу­сов и лите­ра­тур­ное объ­еди­не­ние «Моло­до-зеле­но», а поз­же рабо­тал стар­шим редак­то­ром Псков­ско­го отде­ле­ния «Лен­из­да­та».

Лите­ра­тур­ный дебют слу­чил­ся стре­ми­тель­но: кни­га пове­стей «Если звёз­ды зажи­га­ют» (1973) и пуб­ли­ка­ция пове­сти «Сто три­на­дца­тый» в жур­на­ле «Юность» в том же году откры­ли ему две­ри Сою­за писа­те­лей СССР. В 1981 году он, уже зре­лый писа­тель, заоч­но окон­чил фило­ло­ги­че­ский факуль­тет Ленин­град­ско­го уни­вер­си­те­та — учить­ся нико­гда не позд­но, если есть к чему стре­мить­ся.

С 1994 по 2004 год Боло­гов воз­глав­лял Псков­ское отде­ле­ние Сою­за писа­те­лей Рос­сии. На эти годы выпал самый тяже­лый пери­од изло­ма эпох: совет­ская систе­ма финан­си­ро­ва­ния рух­ну­ла, а при­выч­ный лите­ра­тур­ный мир стре­ми­тель­но менял­ся и ухо­дил в про­шлое. Флот­ская при­выч­ка к пря­мо­те и суб­ор­ди­на­ции пло­хо соче­та­лась с управ­ле­ни­ем раз­но­шёрст­ным, амби­ци­оз­ным писа­тель­ским сооб­ще­ством. Одни цени­ли в пред­се­да­те­ле надёж­ность, дру­гие — счи­та­ли его мето­ды черес­чур жёст­ки­ми.

Раз­вяз­ка насту­пи­ла 11 декаб­ря 1997 года, когда груп­па вид­ных псков­ских лите­ра­то­ров — Ста­ни­слав Золот­цев, Лев Маля­ков, Ире­на Пан­чен­ко и дру­гие — объ­яви­ла о выхо­де из-под руко­вод­ства Боло­го­ва и созда­нии неза­ви­си­мо­го «Объ­еди­не­ния псков­ских писа­те­лей». Раз­вод не был мир­ным: в раз­гар «раз­во­да» двух писа­тель­ских лаге­рей раз­вер­ну­лась ост­рая, почти детек­тив­ная борь­ба за печать и учре­ди­тель­ные доку­мен­ты орга­ни­за­ции. Адми­ни­стра­тив­ную рабо­ту в новом объ­еди­не­нии с само­го нача­ла со всей сво­ей реши­тель­но­стью вела Ире­на Пан­чен­ко, кото­рая и воз­гла­ви­ла его несколь­ко лет спу­стя. Этот рас­кол на дол­гие годы раз­де­лил псков­ских лите­ра­то­ров на два про­ти­во­бор­ству­ю­щих лаге­ря, став для Алек­сандра Алек­сан­дро­ви­ча глу­бо­кой лич­ной дра­мой. Под­лин­ное, муд­рое при­ми­ре­ние сто­рон про­изо­шло лишь мно­го лет спу­стя.

Алек­сандр Алек­сан­дро­вич Боло­гов умер 17 июня 2019 года. На про­ща­нии его друг Вла­ди­мир Смир­нов про­из­нёс сло­ва, кото­рые зна­чат гораз­до боль­ше любых лите­ра­ту­ро­вед­че­ских оце­нок: «Это был ред­кий, очень ред­кий чело­век. Может быть, свя­той. Совест­ли­вый. Он умел делать доб­ро, любил помо­гать людям. Он был чист душой…»

7 сен­тяб­ря 2023 года в Пско­ве, на фаса­де дома № 23 по ули­це Розы Люк­сем­бург, где писа­тель про­жил дол­гие годы, была тор­же­ствен­но откры­та мемо­ри­аль­ная дос­ка. В 2025 году его имя было при­сво­е­но Псков­ской област­ной спе­ци­аль­ной биб­лио­те­ке для незря­чих и сла­бо­ви­дя­щих по адре­су г. Псков, ул. Набат, д. 5.

Алек­сандр Боло­гов оста­вил после себя бога­тое лите­ра­тур­ное насле­дие. Прой­дя через самые горь­кие жиз­нен­ные штор­мы, он сумел сбе­речь в сво­их кни­гах пер­во­здан­ную чисто­ту и тиши­ну рус­ско­го сло­ва.

Алек­сандр Камян­чук «Журав­ли над Вели­кой».

© 2026 Псковское региональное отделение Союза писателей России