Николай Мишуков - Псковское региональное отделение Союза писателей России

Метка: Николай Мишуков

Мухин Валерий Михайлович

Писатель Валерий Михайлович Мухин: инженер, музыкант, литератор

Жизнен­ный и про­фес­си­о­наль­ный путь псков­ско­го поэта, про­за­и­ка, пуб­ли­ци­ста, изоб­ре­та­те­ля и худож­ни­ка Вале­рия Михай­ло­ви­ча Мухи­на при­ме­ча­те­лен соче­та­ни­ем тех­ни­че­ской, музы­каль­ной, худо­же­ствен­ной и лите­ра­тур­ной дея­тель­но­сти. В его био­гра­фии про­из­вод­ствен­ная рабо­та в каче­стве инже­не­ра-кон­струк­то­ра на про­тя­же­нии деся­ти­ле­тий сов­ме­ща­лась с твор­че­ски­ми увле­че­ни­я­ми и обще­ствен­ной рабо­той в куль­тур­ной сфе­ре Пско­ва и Псков­щи­ны. Извест­ный поэт Вла­ди­мир Андре­евич Кост­ров, давая оцен­ку поэ­ти­че­ско­му твор­че­ству Вале­рия Мухи­на отме­тил, что его сти­хи «лише­ны столь мод­но­го ныне лукав­ства и суе­муд­рия. В них живут столь люби­мые Пуш­ки­ным про­сто­ду­шие и пас­то­раль­ная ясность, что воз­вы­ша­ет душу рус­ско­го чело­ве­ка, посто­ян­но сотря­са­е­мую судо­ро­га­ми власт­ных модер­ни­за­ций».

Био­гра­фия Вале­рия Мухи­на нача­лась 8 июня 1942 года в селе Кесь­ма Кали­нин­ской (ныне Твер­ской) обла­сти. Его отец, Миха­ил Ива­но­вич Сазо­нов, рабо­тал дирек­то­ром сред­ней шко­лы и скон­чал­ся в год рож­де­ния сына, когда Вале­рию было две неде­ли от роду. Мать, Алек­сандра Нико­ла­ев­на Мухи­на (Соро­ки­на), по обра­зо­ва­нию была тех­ни­ком и всю жизнь про­ра­бо­та­ла в сфе­ре про­мыш­лен­но­го про­ек­ти­ро­ва­ния (кон­струк­то­ром, инже­не­ром-тех­но­ло­гом, нор­ми­ров­щи­ком). Дет­ские годы Вале­рия Мухи­на про­шли в частых пере­ез­дах, свя­зан­ных со сме­ной мест рабо­ты мате­ри: он учил­ся в шко­лах Луган­ска, Друж­ков­ки (УССР), посел­ка Яре­га (Коми АССР), а шестой, седь­мой и вось­мой клас­сы окон­чил в посел­ке Пуш­кин­ские Горы Псков­ской обла­сти. С 1957 года и по насто­я­щее вре­мя он посто­ян­но про­жи­ва­ет в Пско­ве.

Про­фес­си­о­наль­ное обра­зо­ва­ние Мухи­на раз­ви­ва­лось парал­лель­но в двух направ­ле­ни­ях. В 1961 году он окон­чил Псков­ский инду­стри­аль­ный тех­ни­кум по спе­ци­аль­но­сти «Обра­бот­ка метал­лов реза­ни­ем» с ква­ли­фи­ка­ци­ей тех­ни­ка-тех­но­ло­га. В том же году он посту­пил на вечер­нее отде­ле­ние Псков­ско­го музы­каль­но­го учи­ли­ща, кото­рое окон­чил в 1966 году по спе­ци­аль­но­сти «Хоро­вое дири­жи­ро­ва­ние». В 1965 году, без отры­ва от про­из­вод­ства, он про­дол­жил инже­нер­ное обра­зо­ва­ние, посту­пив на заоч­ное отде­ле­ние Ленин­град­ско­го инже­нер­но-стро­и­тель­но­го инсти­ту­та, и в 1974 году окон­чил Псков­ский фили­ал Ленин­град­ско­го Севе­ро-Запад­но­го заоч­но­го поли­тех­ни­че­ско­го инсти­ту­та, полу­чив ква­ли­фи­ка­цию инже­не­ра-меха­ни­ка.

Тру­до­вая био­гра­фия Вале­рия Мухи­на отра­жа­ет про­мыш­лен­ную исто­рию Пско­ва вто­рой поло­ви­ны XX века. На про­тя­же­нии трид­ца­ти лет он рабо­тал в кон­струк­тор­ских бюро горо­да: начи­нал стар­шим тех­ни­ком в Кон­струк­тор­ско-тех­но­ло­ги­че­ском бюро област­но­го Управ­ле­ния про­мыш­лен­но­сти, затем рабо­тал инже­не­ром-кон­струк­то­ром на заво­де «Выдви­же­нец», а с 1972 года — в спе­ци­аль­ном кон­струк­тор­ском бюро заво­да Тяже­ло­го элек­тро­сва­роч­но­го обо­ру­до­ва­ния (ТЭСО). Дослу­жив­шись до долж­но­сти веду­ще­го кон­струк­то­ра, заве­ду­ю­ще­го сек­то­ром он запа­тен­то­вал несколь­ко раз­ра­бо­ток в СССР, полу­чив автор­ские сви­де­тель­ства на маши­ны для кон­такт­ной роли­ко­вой и точеч­ной свар­ки, а так­же знак «Изоб­ре­та­тель СССР» и доку­мен­ты на раци­о­на­ли­за­тор­ские пред­ло­же­ния. А уже в наше вре­мя за свои ста­рые заслу­ги в изоб­ре­та­тель­ской дея­тель­но­сти в 2025 году был при­нят в чле­ны Сою­за Учё­ных Псков­ской Обла­сти (СУПО). В совет­ские годы он так­же зани­мал­ся пре­по­да­ва­тель­ской дея­тель­но­стью — вел кур­сы «Дета­ли машин» и «Тео­рия меха­низ­мов и машин» в инсти­ту­те, руко­во­дил диплом­ным про­ек­ти­ро­ва­ни­ем сту­ден­тов. В пери­од эко­но­ми­че­ских реформ 1990 х годов, после сокра­ще­ния шта­тов на заво­де, он про­шел пере­под­го­тов­ку по направ­ле­ни­ям «Мар­ке­тинг» и «Опе­ра­тор ПК», рабо­тал в ком­мер­че­ском цен­тре и реклам­ном отде­ле, а поз­же — сле­са­рем и заве­ду­ю­щим спир­то­хра­ни­ли­щем на пред­при­я­тии «Псков­пи­ще­пром» и стрел­ком в отря­де ВОХР.

Музы­каль­ная дея­тель­ность Мухи­на дол­гое вре­мя допол­ня­ла его основ­ную рабо­ту. В раз­ные годы он руко­во­дил завод­ски­ми хора­ми, рабо­тал пиа­ни­стом в оркест­ре, бая­ни­стом в дет­ских лаге­рях, пел в Псков­ском ака­де­ми­че­ском хоре при Доме народ­но­го твор­че­ства под руко­вод­ством Марии Нау­мо­вой и в рус­ском народ­ном хоре Юрия Мер­ку­ло­ва, неод­но­крат­но ста­но­вясь лау­ре­а­том город­ских смот­ров-кон­кур­сов. Серьёз­но зани­мал­ся вока­лом и в нача­ле 60‑х годов посе­щал опер­ную сту­дию создан­ную Васи­ли­ем Ива­но­ви­чем Яшне­вым (уче­ни­ком Н.А. Рим­ско­го-кор­са­ко­ва и А. К. Гла­зу­но­ва) при област­ной биб­лио­те­ке. А после участ­во­вал в поста­нов­ке Васи­ли­ем Яшне­вым опе­ры «Але­ко» сила­ми само­де­я­тель­но­го кол­лек­ти­ва Дома Народ­но­го Твор­че­ства на сцене псков­ско­го дра­ма­ти­че­ско­го теат­ра. Был соли­стом и испол­нял пар­тию ста­ро­го цыга­на.

С 1980 х годов основ­ным увле­че­ни­ем Мухи­на ста­но­вит­ся поэ­зия. Он вошел в актив Псков­ской писа­тель­ской орга­ни­за­ции, где сдру­жил­ся с мест­ны­ми авто­ра­ми, осно­ва­те­ля­ми псков­ской «могу­чей куч­ки» — Иго­рем Гри­го­рье­вым, Львом Маля­ко­вым, Вален­ти­ном Крас­но­пев­це­вым, Алек­сан­дром Гусе­вым, Еле­ной Мороз­ки­ной. В 1992 году вышла его пер­вая автор­ская кни­га сти­хо­тво­ре­ний «Иду на ваши голо­са», а в 1995 году, после изда­ния тре­тье­го сти­хо­твор­но­го сбор­ни­ка «Пес­ни на вет­ру», он был при­нят в Союз писа­те­лей Рос­сии. Сти­хи Мухи­на пре­иму­ще­ствен­но посвя­ще­ны Пско­ву, Псков­щине, теме раз­ва­ли­ва­ю­щей­ся мно­го­стра­даль­ной рус­ской дерев­ни, люб­ви к зем­ле и к Родине.

Жем­чу­жи­на севе­ра

Как мир, неру­ши­мо и гор­до,
Как прав­ду, как рус­скую речь,
Нам надо люби­мый свой город,
Как честь и как совесть беречь.

Хра­нить, как исто­рию свя­то,
Жем­чу­жи­ну севе­ра — Псков.
Беречь, как роди­мо­го бра­та,
Как память седую веков.

Он создан про­сты­ми рука­ми,
Он душа­ми пред­ков согрет,
Его гово­ря­щие кам­ни
Теп­ло излу­ча­ют и свет.

Над горо­дом образ Гос­по­день
Надё­жен и све­тел, и свят,
Мы шум­ной тол­пою про­хо­дим
Средь хра­мо­вых белых палат.

Про­хо­дим и каж­до­го бре­мя
Сотрёт нас с зем­но­го лица…
А он оста­ёт­ся, как вре­мя,
Кото­ро­му нету кон­ца.

Псков­щи­на

Гроз­ное побо­и­ще Чуд­ско­го,
Рыца­рям при­нес­шее позор:
Гор­дость Пско­ва, Ост­ро­ва и Гдо­ва
Муже­ство Избор­ска и Печор.

Как зима – Исто­рия суро­ва.
Как вес­на пре­крас­на с дав­них пор
Сла­ва Пско­ва, Пор­хо­ва и Гдо­ва,
Кра­со­та Избор­ска и Печор.

И вос­хо­дит пуш­кин­ское Сло­во,
И выно­сит пес­ни на про­стор –
Пес­ни Гдо­ва, Ост­ро­ва и Пско­ва,
Музы­ку Избор­ска и Пуш­гор.

И сво­и­ми слав­ны­ми дела­ми,
Псков­щи­ны раз­дви­нув гори­зонт,
Вме­сте с Оль­гой, веч­но будут с нами –
Пуш­кин, Тру­вор, Нев­ский и Дов­монт.

Про­сти, дерев­ня.

Я в рус­ской деревне родил­ся
И был к ней при­вя­зан, как сын.
Рекою и лесом гор­дил­ся,
Хора­лом берёз и осин.
Вес­ною паха­ли на поле -
Лошад­ку водил под узд­цы.
Ока­ши­вал пой­мы на воле
И слу­шал, как пели кос­цы.

Про­сто­го кре­стьян­ско­го сло­ва
Я сыз­маль­ства жил кол­дов­ством.
Вол­шеб­ное чудо – коро­ва
Пои­ла меня вол­шеб­ством.
И было во мне столь­ко пры­ти,
Что мыс­ли все шли ходу­ном.
Я мог бы в вол­шеб­ни­ки вый­ти,
А, видишь ли, — стал кол­ду­ном.

Живу я и в ус мой не дую,
К тому же усов боль­ше нет.
Упря­мо над сло­вом кол­дую,
Ищу на вопрос я ответ.
Исчез, как рас­пя­тый вой­ною,
Кре­стьян­ский народ в нику­да.
Постро­е­ны страш­ной ценою –
Нуж­ны ли нам те горо­да?

В кото­рых – забы­тые боги –
Свих­нул­ся с ума белый свет,
Асфальт и убий­цы-доро­ги,
Рабо­ты и воз­ду­ха нет…
Ведь есть и река и дере­вья,
И Божья живёт бла­го­дать…
Я пла­чу по рус­ской деревне,
Как сын поза­бро­сив­ший мать.

Рос­сии

О, сколь­ко же сме­я­лись над Рос­си­ей!
Ей крест дубо­вый ста­ви­ли не раз.
И жгли её, и били… Не уби­ли,
Она жива! Не про­бил, вид­но, час.

Она лежит ограб­ле­на, нагая,
Сама себя пыта­ясь научить;
Сама себе упря­мо помо­гая
Смер­тель­ные болез­ни зале­чить.

Я к ней скло­нюсь с сынов­ним поце­лу­ем
И с верою в вели­кий мой народ…
Рас­цвет Рос­сии так же неми­ну­ем,
Как неиз­бе­жен сол­неч­ный вос­ход!

Ряд сти­хов Вале­рия Мухи­на был поло­жен на музы­ку мест­ны­ми ком­по­зи­то­ра­ми и бар­да­ми (Н. Мишу­ко­вым, Т. Лап­те­вой, В. Рах­ма­ным, В Саха­нён­ком, Ю, Нако­неч­ным и дру­ги­ми). Мухин так­же высту­пил соста­ви­те­лем несколь­ких кол­лек­тив­ных поэ­ти­че­ских сбор­ни­ков, сре­ди кото­рых анто­ло­гия песен псков­ских авто­ров «Псков­щи­на — пес­ня моя». В 1998 году он под­го­то­вил к печа­ти кни­гу избран­но­го Иго­ря Гри­го­рье­ва «Люби­мая — люби­мой оста­ет­ся».

Обще­ствен­ная дея­тель­ность Вале­рия Мухи­на тес­но свя­за­на с куль­тур­ной жиз­нью Пско­ва. Он являл­ся пре­зи­ден­том поэ­ти­че­ско­го клу­ба «Лира» при Цен­траль­ной город­ской биб­лио­те­ке, рабо­тал заме­сти­те­лем пред­се­да­те­ля «Объ­еди­не­ния псков­ских писа­те­лей», регу­ляр­но участ­во­вал в Днях горо­да, празд­нич­ных меро­при­я­ти­ях ко Дню Побе­ды, Пуш­кин­ских празд­ни­ках поэ­зии в Михай­лов­ском и поэ­ти­че­ских рей­дах по рай­о­нам обла­сти. Мухин вхо­дил в жюри област­ных кон­кур­сов юных даро­ва­ний и фести­ва­лей бар­дов­ской пес­ни. Его имя зане­се­но в кни­гу «Золо­тая лето­пись слав­ных дел к 1100-летию Пско­ва» за изда­ние сбор­ни­ка «Солн­це над Пско­вом» и уча­стие в пат­ри­о­ти­че­ском вос­пи­та­нии моло­де­жи, а так­же он награж­ден меда­лью «Свя­тая Оль­га» и меда­лью «За заслу­ги перед Пско­вом» — к 75-летию.

Сою­зом писа­те­лей Рос­сии награж­дён – золо­той меда­лью Васи­лия Шук­ши­на. Фина­лист Лите­ра­тур­ной пре­мии «Доб­рое небо» авиа­ком­па­нии «Пско­ва­виа» и Псков­ско­го отде­ле­ния Сою­за писа­те­лей Рос­сии. Дипло­мант Все­рос­сий­ско­го твор­че­ско­го фести­ва­ля-кон­кур­са «Рус­ский лад» за 2016 год. Дипло­мант 12 меж­ду­на­род­но­го сла­вян­ско­го фору­ма «Рус­ский Витязь» за кни­гу лири­ки «Рус­ский дух». Лау­ре­ат Наци­о­наль­ной лите­ра­тур­ной пре­мии «Золо­тое перо Руси» за сбор­ник избран­ной лири­ки «Рус­ский дух». Дипло­мант 25 област­но­го кон­кур­са на луч­шую изда­тель­скую про­дук­цию за луч­шую кни­гу поэ­зии «Рус­ский дух». Дипло­мат 30 област­но­го кон­кур­са на луч­шую изда­тель­скую про­дук­цию за кни­гу поэ­зии «На чистый звук», 2025. Лау­ре­ат 2‑й все­рос­сий­ской лите­ра­тур­ной пре­мии «Ска­зи­тель Руси», награж­дён меда­лью «Ска­зи­тель Руси – за заслу­ги», 2025, за кни­гу про­зы «При све­те памя­ти». Награж­дён памят­ной меда­лью Пути­на «80 лет Побе­ды в ВОВ», 2026.

В зре­лый пери­од Мухин обра­тил­ся к про­зе. В 2015 году им была опуб­ли­ко­ва­на объ­ем­ная кни­га «Рус­ская пес­ня», объ­еди­нив­шая авто­био­гра­фи­че­ский очерк и очер­ки-вос­по­ми­на­ния о псков­ских лите­ра­то­рах. За эту рабо­ту он стал лау­ре­а­том Губер­на­тор­ской пре­мии в обла­сти лите­ра­ту­ры за 2016 год и полу­чил памят­ную медаль от фон­да Иго­ря Гри­го­рье­ва. В после­ду­ю­щие годы им были изда­ны кни­ги избран­ной лири­ки и про­зы: «ХРАМ», «Рус­ский дух», «При све­те памя­ти», «Неуга­си­мый свет», «На чистый звук».

Поми­мо лите­ра­тур­но­го твор­че­ства, Вале­рий Мухин зани­ма­ет­ся живо­пи­сью. Он состо­ит в объ­еди­не­нии худож­ни­ков при Город­ском куль­тур­ном цен­тре Пско­ва, при­нял уча­стие в десят­ках кол­лек­тив­ных выста­вок и про­вел 28 пер­со­наль­ных выста­вок сво­их кар­тин в биб­лио­те­ках и куль­тур­ных учре­жде­ни­ях горо­да и обла­сти.

Одним из памят­ных собы­тий послед­них лет для авто­ра ста­ло посе­ще­ние шко­лы в посел­ке Пуш­кин­ские Горы, где он учил­ся в дет­стве и где в школь­ном музее открыт уго­лок, посвя­щен­ный его твор­че­ству. Уча­щим­ся поэт рас­ска­зал о сво­ей пуш­ки­ни­ане – сти­хах о Пуш­кине, и читал, о нём сти­хи:

У Рос­сии Пуш­кин есть

Если слы­шу я намё­ки,
Где заде­та наша честь, -
Мне на ум при­хо­дят стро­ки:
“У Рос­сии Пуш­кин есть!”.

Да, судь­ба у нас суро­ва,
Наших бед не пере­честь,
Но живёт свя­тое Сло­во,
Пото­му что Пуш­кин есть!

Верю в свет­лый день Рос­сии:
Воз­ро­дить­ся и про­цвесть!
Верю в муд­рость, разум, силу -
У Рос­сии Пуш­кин есть!

Псков­ским чита­те­лям имя В. М. Мухи­на так­же извест­но по его мно­го­чис­лен­ным пуб­ли­ка­ци­ям в цен­траль­ных лите­ра­тур­но-худо­же­ствен­ных жур­на­лах таких как «Наш совре­мен­ник», «Север», «Встре­ча», «Мос­ков­ский Пар­нас», «День поэ­зии», «Бере­га», «Наша моло­дёжь», «День лите­ра­ту­ры», «Нев­ский аль­ма­нах», «Подъ­ём», «Вели­ко­россъ», «Род­ная Ладо­га», «Ниж­ний Нов­го­род», «Совре­мен­ные запис­ки», «Жур­нал Сто­ли­ца», «При­ок­ские зори», «Тре­тья сто­ли­ца», в анто­ло­гии «Вой­на и мир». В мно­го­чис­лен­ных кол­лек­тив­ных сбор­ни­ках псков­ских авто­ров: «Зве­нья», «Заве­щан­ное», «Ско­ба­ри», «У род­ни­ка», «Зву­ча­ние сви­ре­ли», «Сол­неч­ный цве­ток», «О люб­ви? И толь­ко!», «Аист на кры­ше», «На ладо­нях небес» и дру­гих, их око­ло ста.

Когда берешь в руки кни­ги Вале­рия Мухи­на, с радо­стью пони­ма­ешь — не кану­ла в Лету еще насто­я­щая рус­ская речь и непре­лож­ные исти­ны рус­ской клас­си­че­ской лите­ра­ту­ры! Самые луч­шие лите­ра­тур­но-худо­же­ствен­ные тра­ди­ции и темы, моти­вы и обра­зы, истин­ная рус­ская сущ­ность все­го и вся — все это поэ­зия Вале­рия Мухи­на. Здесь есть все, что доро­го рус­ско­му серд­цу: и вера в Рос­сию, и тор­же­ство Добра над Злом, и радость Жиз­ни и Твор­че­ства, Любовь к Зем­ле и Любовь — к семье, домаш­не­му оча­гу, малой и боль­шой Родине. И самое глав­ное — здесь есть душа — чистая, звон­кая, истин­но рус­ская душа насто­я­ще­го Поэта.

Библиография: авторские сборники

  • 1992— Иду на ваши голо­са. Сти­хи.
  • 1994— Довер­чи­вая Русь. Лири­ка.
  • 1995— Пес­ни на вет­ру. Лири­ка.
  • 1997— Меж­ду сти­хи­ей и судь­бой.
  • 1998— Не могу рас­кол­до­вать­ся.
  • 1998— Зеле­но­гла­зый ангел. Сти­хо­тво­ре­ния.
  • 2000— Годы люб­ви. Сти­хо­тво­ре­ния.
  • 2002— Солн­це над Пско­вом. Сб. сти­хов посвя­щён­ный 1100-лет­не­му юби­лею горо­да Пско­ва.
  • 2004— Вкус Побе­ды. Сти­хо­тво­ре­ния.
  • 2007— Берё­зо­вые сны. Сти­хо­тво­ре­ния.
  • 2009— На сол­неч­ный свет. Сти­хо­тво­ре­ния.
  • 2012— По белу све­ту. Сти­хо­тво­ре­ния.
  • 2015— Рус­ская пес­ня. Авто­био­гра­фи­че­ский очерк. Вос­по­ми­на­ния о писа­те­лях. Рас­ска­зы.
  • 2017— Храм. Сти­хо­тво­ре­ния.
  • 2020— Рус­ский дух. Избран­ная лири­ка.
  • 2022— При све­те памя­ти. Вос­по­ми­на­ния, очер­ки, рас­ска­зы.
  • 2023— Неуга­си­мый свет. Лири­ка.
  • 2025— На чистый звук. Сти­хо­тво­ре­ния.

Книжная полка автора:

Вале­рий Мухин — Довер­чи­вая Русь, 1994


«Довер­чи­вая Русь» 1994

Вале­рий Мухин — Солн­це над Пско­вом, 2002


«Солн­це над Пско­вом» 2002

Вале­рий Мухин — Вкус Побе­ды, 2004


«Вкус Побе­ды» 2004

Вале­рий Мухин — Бере­зо­вые сны, 2007


«Бере­зо­вые сны» 2007

Вале­рий Мухин — На сол­неч­ный свет, 2009


«На сол­неч­ный свет» 2009

Вале­рий Мухин — По белу све­ту, 2012
«По белу све­ту» 2012

Вале­рий Мухин — Рус­ская пес­ня, 2015
«Рус­ская пес­ня» 2015

Вале­рий Мухин — Храм, 2017
«Храм» 2017

Вале­рий Мухин — Рус­ский дух, 2020
«Рус­ский дух» 2020

Вале­рий Мухин — При све­те памя­ти, 2022
«При све­те памя­ти» 2022

Вале­рий Мухин — Неуга­си­мый свет, 2023
«Неуга­си­мый свет» 2023

Вале­рий Мухин — На чистый звук, 2025
«На чистый звук» 2025

Картины Валерия Мухина:

Камянчук Надежда Анатольевна

Поэт Надежда Анатольевна Камянчук с авторским сборником «Ожидание весны»

Надеж­да Ана­то­льев­на Камян­чук роди­лась на Ура­ле. Её при­ход в лите­ра­ту­ру был глу­бо­ко орга­ни­чен и пред­ре­шён мно­го­гран­ным талан­том, беру­щим нача­ло в изоб­ра­зи­тель­ном искус­стве. Твор­че­скую зре­лость Надеж­да обре­та­ла в сте­нах Сверд­лов­ско­го худо­же­ствен­но­го учи­ли­ща, где полу­чи­ла про­фес­сию худож­ни­ка-офор­ми­те­ля. На стар­те про­фес­си­о­наль­но­го пути она актив­но зани­ма­лась живо­пи­сью, участ­во­ва­ла в област­ных выстав­ках и тру­ди­лась в город­ских худо­же­ствен­ных мастер­ских. Тон­кое коло­ри­сти­че­ское чутьё и само­быт­ный почерк авто­ра наи­бо­лее ярко вопло­ти­лись в её извест­ных жан­ро­вых полот­нах и порт­ре­тах — «Ирбит­ская ярмар­ка», «Порт­рет Марии Сос­нов­ских», «Синяя пти­ца» и «Мыль­ные пузы­ри».

Одна­ко глав­ной и самой сокро­вен­ной вехой сво­е­го визу­аль­но­го твор­че­ства сама Надеж­да Ана­то­льев­на счи­та­ет мону­мен­таль­ный труд по иллю­стри­ро­ва­нию мас­штаб­ной эпи­че­ской три­ло­гии «Морок». Авто­ром это­го глу­бо­ко­го трёх­том­ни­ка о тра­ги­че­ских судь­бах заураль­ско­го кре­стьян­ства ста­ла её мама — член Сою­за писа­те­лей Рос­сии Мария Пан­фи­лов­на Сос­нов­ских. Порт­рет мате­ри, запе­чат­лён­ный Надеж­дой на хол­сте, стал не про­сто данью люб­ви доче­ри, но и сим­во­лом их проч­но­го духов­но­го и твор­че­ско­го сою­за.

Осо­бым эта­пом в её судь­бе ста­ло при­об­ще­ние к древ­ней тра­ди­ции ико­но­пи­си. Прой­дя обу­че­ние под настав­ни­че­ством масте­ра Иго­ря Сто­я­но­ва, Надеж­да Камян­чук при­ни­ма­ла уча­стие в рос­пи­си пра­во­слав­ных хра­мов в Мер­ку­ши­но и Ирби­те. Позд­нее, рас­ши­рив гра­ни сво­е­го при­зва­ния, она посвя­ти­ла себя книж­но­му и гра­фи­че­ско­му дизай­ну, на про­тя­же­нии мно­гих лет оста­ва­ясь веду­щим сотруд­ни­ком Изда­тель­ско­го дома. Этот бога­тей­ший визу­аль­ный и про­стран­ствен­ный опыт во мно­гом пред­опре­де­лил уни­каль­ность её после­ду­ю­ще­го поэ­ти­че­ско­го сти­ля — живо­пис­но­го, объ­ём­но­го и точ­но­го в дета­лях.

Твор­че­ская зре­лость поэтес­сы вопло­ти­лась в ряде зна­ко­вых поэ­ти­че­ских цик­лов и сбор­ни­ков. Осо­бое место в её насле­дии зани­ма­ют прон­зи­тель­ный цикл «Пуш­ки­ни­а­на», а так­же напол­нен­ные глу­бо­ким граж­дан­ским и духов­ным зву­ча­ни­ем сти­хо­тво­ре­ния «Пись­мо мате­ри на фронт», «Молит­ва о Рос­сии» и «Подай мне руку, древ­ний Псков». Лите­ра­тур­ный путь поэта отме­чен выхо­дом несколь­ких автор­ских книг. Дебют­ный сбор­ник «Ожи­да­ние вес­ны» уви­дел свет в 2006 году в изда­тель­ском доме «Печат­ный вал», а спу­стя два года биб­лио­гра­фию авто­ра попол­ни­ла лири­че­ская кни­га «На поро­ге осе­ни». Пиком твор­че­ской про­дук­тив­но­сти стал 2016 год, пода­рив­ший чита­те­лям сра­зу два фун­да­мен­таль­ных сбор­ни­ка — «На родине полы­ни» и «Заплат­ки для души», при­чём тираж послед­не­го достиг вну­ши­тель­ной для совре­мен­ной поэ­зии отмет­ки в десять тысяч экзем­пля­ров. Голос Надеж­ды Камян­чук зву­чит и в круп­ных кол­лек­тив­ных изда­ни­ях, аль­ма­на­хах и анто­ло­ги­ях, сре­ди кото­рых — «Сле­пое сча­стье», «Я пода­рю тебе Ирбит», «При­зна­ние в люб­ви» и «Сво­и­ми сло­ва­ми».

Надеж­да Ана­то­льев­на актив­но пуб­ли­ку­ет­ся в пери­о­ди­че­ской печа­ти. Её сти­хи регу­ляр­но выхо­дят на стра­ни­цах авто­ри­тет­ных жур­на­лов «День поэ­зии», «Лите­ра­тур­ная газе­та», «Рус­ское эхо», «Веси», «Заураль­ский край», «Род­ная Ладо­га» и «Твер­ское Пуш­ки­но­вол­жье». В 2023 году её про­из­ве­де­ния соста­ви­ли ядро сбор­ни­ка пат­ри­о­ти­че­ской поэ­зии «Позыв­ной — Рос­сия!», а в 2025 вошли в зна­ко­вую кни­гу «Зем­ля геро­ев». Палит­ра её граж­дан­ско­го сло­ва широ­ко пред­став­ле­на в аль­ма­на­хах «Раз­но­тра­вье», «Росчер­ком пера», «Сти­хи из огня», «Поzыв­ной — Побе­да» и «Поро­хом про­пах­шие сти­хи».

Твор­че­ские тру­ды Надеж­ды Камян­чук удо­сто­е­ны высо­ко­го при­зна­ния про­фес­си­о­наль­но­го сооб­ще­ства как в Рос­сии, так и за её пре­де­ла­ми. Поэтес­са отме­че­на зва­ни­ем «Вете­ра­на тру­да», награж­де­на меда­ля­ми «90 лет ВЛКСМ» и «Дети вой­ны». Так­же её заслу­ги отме­че­ны бла­го­дар­ствен­ны­ми пись­ма­ми Сою­за писа­те­лей Рос­сии и Почёт­ной гра­мо­той Зако­но­да­тель­но­го собра­ния Сверд­лов­ской обла­сти. Она явля­ет­ся лау­ре­а­том пре­мии име­ни Ива­на Аку­ло­ва, побе­ди­те­лем Все­рос­сий­ско­го кон­кур­са «Пою моё Оте­че­ство» и обла­да­те­лем пре­мии «Доб­рое небо» (2016). Её само­быт­ный голос зву­чал на круп­ных меж­ду­на­род­ных пло­щад­ках, при­не­ся авто­ру зва­ние лау­ре­а­та кон­кур­са «Сла­вян­ская лира» в Рес­пуб­ли­ке Бела­русь, пре­мии «Ост­ров надеж­ды» име­ни Алек­сандра Гри­на и диплом пре­стиж­но­го Сла­вян­ско­го фору­ма искусств «Золо­той витязь». В 2021 и 2022 годах авто­ри­тет­ный пор­тал «Рос­сий­ский писа­тель» при­зна­вал Надеж­ду Камян­чук лау­ре­а­том в глав­ной номи­на­ции «Поэ­зия». Мело­дич­ность её лири­ки нашла отклик и в музы­каль­ном искус­стве: пес­ни на её сти­хи созда­ны извест­ны­ми ком­по­зи­то­ра­ми Нико­ла­ем Мишу­ко­вым и Ири­ной Камян­чук.

Граж­дан­ская лири­ка Надеж­ды Камян­чук — это не отстра­нён­ное поэ­ти­че­ское созер­ца­ние, а дей­ствен­ное, острое сло­во, став­шее её лич­ной пере­до­вой. Сим­во­лич­но, что за бес­ком­про­мисс­ную пат­ри­о­ти­че­скую пози­цию и вер­ность Оте­че­ству поэтес­са вес­ной 2022 года была вне­се­на в спис­ки укра­ин­ско­го деструк­тив­но­го ресур­са «Миро­тво­рец». Для совре­мен­но­го рус­ско­го писа­те­ля подоб­ный жест дав­но стал неофи­ци­аль­ным зна­ком под­лин­но­го при­зна­ния заслуг перед Роди­ной. Прон­зи­тель­ные про­из­ве­де­ния Надеж­ды Камян­чук — такие как зна­ме­ни­тое «Пись­мо мате­ри на фронт» — делом дока­за­ли, что высо­кая поэ­зия спо­соб­на защи­щать духов­ные цен­но­сти и исто­ри­че­ские смыс­лы наро­да так же проч­но, как и бое­вое ору­жие.

Алек­сандр Камян­чук.


Книжная полка автора:

Надеж­да Камян­чук — Ожи­да­ние вес­ны, 2006
«Ожи­да­ние вес­ны» 2006
Надеж­да Камян­чук — На поро­ге осе­ни, 2008
«На поро­ге осе­ни» 2008
На родине полы­ни / Н. Камян­чук
«На родине полы­ни» 2016
Заплат­ки для души / Н. Камян­чук
«Заплат­ки для души» 2018

🎙️ Слу­шать про­грам­му «Псков­ская тет­радь» (Радио Рос­сии) о твор­че­стве Надеж­ды Камян­чук:

«Пушкин в Михайловском»

— Глянь в окош­ко! На Кре­ще­нье
Сколь­ко сне­гу наме­ло!
Не поесть ли, няня, щей мне —
Ишь, живот как под­ве­ло!
И бли­ны поставь побли­же
Из кру­пит­ча­той муки…
Мы с тобою не в Пари­же,
А у Соро­ти реки,
Мож­но пря­ми­ком с кры­леч­ка
Сра­зу в про­рубь съе­хать вниз…
Рас­то­пи пожар­че печ­ку
Да испол­ни мой каприз:
Спой мне пес­ню про сини­цу…
Надо­ед­лив? Не сер­чай!
Само­вар неси в свет­ли­цу,
Зава­ри копор­ский чай…

И жуж­жит, жуж­жит бесе­да,
Кру­тит­ся вере­те­но…
Был я с ними или не был?..
Коли не был — всё рав­но:
Из кры­жов­ни­ка варе­нье
С чаем про­бую на вкус,
И чудес­но уго­ще­нье,
И пре­кра­сен наш союз!

Тихо снег летит на зем­лю,
На село и на погост,
Няня дрем­лет, Пуш­кин дрем­лет,
Мил­ли­о­ны дрем­лют звёзд…
Ярко све­тит­ся лам­пад­ка:
Бла­го­дат­но, как в раю…
Снят поэты слад­ко-слад­ко
У Все­лен­ной на краю…

«На балу»

О, как кра­сив кава­лер­гард Дан­тес!
Как гра­ци­оз­но дви­жет­ся в мазур­ке!
Средь мест­ных неотё­сан­ных повес
Подо­бен он фар­фо­ро­вой фигур­ке…
— Уймись, Катрин! Не пяль­ся на муж­чин —
Не забы­вай, что ты — не в Полот­ня­ном…
Извест­ная осо­ба, Рас­топ­чин,
В монокль гля­дит в дозо­ре посто­ян­ном…
Украд­кой наблю­дай из-под рес­ниц
И будь скром­на: веди себя достой­но…
Да, Жорж изя­щен, стро­ен, бело­лиц,
Но пове­де­ние его весь­ма фри­воль­но…

За окна­ми двор­ца тол­пи­лись вол­ны,
Гра­нит­ные целуя бере­га,
И дни нес­лись водою нев­ской пол­ны,
Не отли­чая дру­га от вра­га.
А меж­ду тем уже сло­жи­лись части
Моза­и­ки, что зре­ла в небе­сах:
Уже фран­цуз, опас­ной «белой масти»
Лику­ет, с искрой беше­ной в гла­зах…

А бал шумит, мель­ка­ют аксель­бан­ты,
Взле­та­ют фал­ды, перья, вее­ра…
И антра­ша выки­ды­ва­ют фран­ты,
И кар­точ­ная мечет­ся игра,
Летит вол­на по залу вих­ре­вая
И зати­ха­ет… Кто же там в углу? —
Какая сце­на жут­кая, немая —
Дан­тес… Поэт… Пер­чат­ка на полу…
И шёпо­ток по залу: «Паск­виль… паск­виль…
Гек­керн… Ида­лия… А вот и Ната­ли —
Кра­си­вое лицо подоб­но мас­ке
И бес­пе­чаль­но крот­ко — c’est la vie»

🎙️ Слу­шать про­грам­му «Книж­ная лав­ка» (Радио Помо­рье) о твор­че­стве Надеж­ды Камян­чук:

«По дороге в Святые Горы»

— Что там? Что там на доро­ге?
Не видать в мете­ли зыб­кой,
Что мая­чит за кибит­кой?
То ли сани, то ли дро­ги?
С высо­ты шаль­ные мыс­ли
Сне­гом сып­лют­ся за ворот —
На доро­ге друг иль ворог?
Навер­ху, в вет­вях, не рысь ли?

— Эй, кого везёшь, слу­жи­вый?
— Прах рос­сий­ско­го пии­та!
На дуэ­ли пал, рети­вый…
Ишь, слу­га его, Ники­та,
Седи­ну к холод­ным дос­кам,
Знать, наве­ки при­мо­ро­зил —
Днём и ночью точит слё­зы,
Засты­ва­ю­щие вос­ком.
Почи­тай, все дни и ночи
Он над гро­бом при­чи­та­ет…
Чуешь? Вот опять бор­мо­чет,
С крыш­ки снег полой сме­та­ет:

«Ох, не надо бы… Не надо
Торо­пить­ся к Чёр­ной реч­ке,
Посто­ял бы на кры­леч­ке
Да не вышел за огра­ду.
Ну, поду­ма­ешь, бума­гу
Кто-то сду­ру нака­ля­кал…
Про­чи­тал бы да попла­кал,
Но от дома — ни пол­ша­гу.
Да и вовсе век не знать бы
Ни фран­цу­за, ни Ната­льи:
Не слу­чи­лось бы бата­льи,
Коли не было бы сва­дьбы…

Поче­му меня оста­вил
Горе­мы­кой жить на све­те?
Луч­ше бы Гос­подь изба­вил —
Взял к тебе, мой ясный све­те…
Всем нам ведо­мо — от смер­ти
Невоз­врат­ная доро­га…
Всё еди­но! Всё от Бога
Во все­лен­ской кру­го­вер­ти…»

Вот уже исчез­ли сани,
Торо­пясь в Свя­тые Горы,
Где откры­ты все затво­ры
В нуж­ный час без опоз­да­ний,
В вих­ре сне­га, в мир рас­све­та,
Пря­мо к звёз­дам нега­си­мым…
Коло­коль­чи­ком незри­мым
Вздрог­нет целая пла­не­та!


Песни на стихи автора:

Молитва о России
«Молит­ва о Рос­сии»
Красный конь
«Крас­ный конь»
Подай мне руку, древний Псков
«Подай мне руку, древ­ний Псков»
Присядем пред дальней дорогой
«При­ся­дем пред даль­ней доро­гой»
На балу
«На балу»
Девясил
«Девя­сил»
В день Победы
«В день Побе­ды»
Плач матери
«Плач мате­ри»
Со Святыми упокой
«Со Свя­ты­ми упо­кой»
Рождественский сочельник
«Рож­де­ствен­ский сочель­ник»
Я рисую лето
«Я рисую лето»
Отвези меня в деревню
«Отве­зи меня в дерев­ню»
Рождественская ель
«Рож­де­ствен­ская ель»
Победа будет за нами!
«Побе­да будет за нами!»
Колыбельная для мужчины
«Колы­бель­ная для муж­чи­ны»

Гореликова Татьяна Викторовна

Татьяна Викторовна Гореликова с авторским изданием своего поэтического сборника «Стихи — моя молитва» в интерьере библиотеки. Цифровая художественная реконструкция выполнена на основе прижизненного архивного фотопортрета из фондов Государственного бюджетного учреждения культуры «Псковская областная универсальная научная библиотека имени Валентина Яковлевича Курбатова». Образ воссоздан в стилистике классической интерьерной фотографии начала XXI века с детальным воспроизведением оригинального библиографического оформления и графических элементов обложки книги автора. Компьютерная обработка, дизайн, проработка элементов обложки и пространственная композиция — А. В. Камянчук.

Татья­на Вик­то­ров­на Горе­ли­ко­ва почти трид­цать лет рабо­та­ла мон­та­жи­стом в Псков­ской област­ной типо­гра­фии — вды­ха­ла запах свин­ца и крас­ки, слу­ша­ла гро­хот печат­ных стан­ков. И при этом писа­ла сти­хи, в кото­рых глав­ной темой все­гда оста­ва­лась вера — не абстракт­ная, а вымо­лен­ная, пере­жи­тая на соб­ствен­ном опы­те.

Исто­ки этой глу­бо­кой веры вос­хо­дят к 4 янва­ря 1958 года, когда в местеч­ке Киве­ре­во Псков­ской обла­сти в рабо­чей семье появи­лась на свет буду­щая поэтес­са. Спу­стя два года Горе­ли­ко­вы пере­бра­лись в Псков. В ран­нем дет­стве Таня тяже­ло забо­ле­ла, и вра­чи не были уве­ре­ны в бла­го­по­луч­ном исхо­де. Поз­же она не раз при­зна­ва­лась, что выжи­ла не столь­ко бла­го­да­ря меди­цине, сколь­ко бла­го­да­ря упор­ной, не знав­шей сомне­ний вере мате­ри. Этот лич­ный опыт на самой гра­ни­це меж­ду жиз­нью и смер­тью опре­де­лил дове­ри­тель­ную тональ­ность её буду­щих сти­хов.

Ака­де­ми­че­ско­го фило­ло­ги­че­ско­го обра­зо­ва­ния у неё не было. После две­на­дца­той шко­лы она рабо­та­ла на Псков­ском льно­ком­би­на­те, а в 1991 году пере­шла в област­ную типо­гра­фию.

Печа­тать­ся она нача­ла уже в зре­лом воз­расте. Пер­вая кни­га, «Сти­хи — моя Молит­ва», вышла в 1999 году — и уже само назва­ние обо­зна­чи­ло глав­ную тему: дерев­ня, тяже­лая жен­ская доля, поиск доро­ги к Богу. В 2001 году появил­ся вто­рой сбор­ник, «Пада­ю­щая звез­да», посвя­щён­ный погиб­шим десант­ни­кам 6‑й роты 76‑й диви­зии и спец­на­зов­цам части 64044; весь тираж поэтес­са без­воз­мезд­но пере­да­ла семьям погиб­ших.

В 2004 году, после выхо­да сбор­ни­ка «Зачем при­шла я в этот мир…», Горе­ли­ко­ву при­ня­ли в Союз писа­те­лей Рос­сии. Она при­зна­ва­лась, что выход каж­дой новой кни­ги для неё был сопо­ста­вим с рож­де­ни­ем ребён­ка — по нака­лу пере­жи­ва­ний и надежд.

В нача­ле 2010‑х она мно­го печа­та­лась: сбор­ник рас­ска­зов «Мой алень­кий цве­ток», кни­га «Не сча­стье ль – Жить?» (2011), дет­ские сти­хи «Где хра­нит­ся доб­ро­та» (2012). Её сти­хи обла­да­ли при­род­ной песен­ной инто­на­ци­ей — на них писа­ли музы­ку ком­по­зи­то­ры Нико­лай Мишу­ков и Вяче­слав Рах­ман. В 2012 году вышли сбор­ни­ки «Пес­ня — голос души» и «Псков­ские частуш­ки мас­ле­ни­це»; частуш­ки соб­ствен­но­го сочи­не­ния Татья­на Вик­то­ров­на с удо­воль­стви­ем испол­ня­ла сама, в соста­ве жен­ско­го вокаль­но­го трио.

Она была отме­че­на Почёт­ной гра­мо­той Мини­стер­ства куль­ту­ры Рос­сий­ской Феде­ра­ции, ста­ла лау­ре­а­том пре­мии Иго­ря Гри­го­рье­ва и дипло­ман­том кон­кур­са «Духов­ный витязь Рос­сии». Кри­ти­ки отме­ча­ли в её сти­хах осо­бый взгляд — состра­да­тель­ный, спо­соб­ный уви­деть духов­ное не толь­ко в золо­те куполь­ных кре­стов, но и в поко­сив­шей­ся дере­вен­ской избе.

Татья­на Вик­то­ров­на умер­ла 20 октяб­ря 2018 года; отпе­ва­ние про­шло в псков­ской церк­ви Бого­яв­ле­ния Гос­под­ня. До кон­ца жиз­ни она боро­лась с болез­ня­ми, но сохра­ня­ла ту веру в силу духа над немо­щью пло­ти, кото­рую одна­жды сфор­му­ли­ро­ва­ла сама:

С годами моя не стареет душа.
Она не вбирает лихую проказу.
Пусть годы мои, словно кони, спешат –
Душа на пути не споткнется ни разу.

Алек­сандр Камян­чук «Журав­ли над Вели­кой».

Калинин Иван Егорович

Иван Егорович Калинин с авторским изданием своей книги очерков в читальном зале. Цифровая художественная реконструкция выполнена на основе прижизненного архивного фотопортрета из фондов «Централизованной библиотечной системы» города Пскова. Образ воссоздан в стилистике классической интерьерной фотографии начала XXI века с детальным воспроизведением оригинального библиографического оформления книги автора. Компьютерная обработка, дизайн, проработка элементов обложки и пространственная композиция — А. В. Камянчук.

Био­гра­фия Ива­на Его­ро­ви­ча Кали­ни­на сотка­на из оче­вид­ных про­ти­во­ре­чий. Он соче­тал в себе чер­ты жест­ко­го совет­ско­го адми­ни­стра­то­ра и рани­мое серд­це лири­ка. Чело­век, стро­го охра­няв­ший идео­ло­ги­че­ские гра­ни­цы, одно­вре­мен­но направ­лял колос­саль­ные уси­лия на созда­ние уни­каль­ных бла­го­тво­ри­тель­ных учре­жде­ний.

Исто­ки его слож­ной нату­ры вос­хо­дят к калуж­ско­му селу Желе­зен­ка, где 17 апре­ля 1940 года появил­ся на свет буду­щий режис­сер и управ­ле­нец. В самом нача­ле вой­ны его отец погиб на фрон­те, и труд­ные воен­ные годы сирот­ства зака­ли­ли маль­чи­ка. После шко­лы он с отли­чи­ем окон­чил Воро­неж­ское куль­тур­но-про­све­ти­тель­ное учи­ли­ще и начал тру­до­вой путь заве­ду­ю­щим сель­ским клу­бом в Там­бов­ской обла­сти. Затем были рабо­та в рай­ко­ме ком­со­мо­ла и служ­ба в армии, после кото­рой моло­дой чело­век посту­пил на теат­раль­ное отде­ле­ние Ленин­град­ско­го госу­дар­ствен­но­го инсти­ту­та куль­ту­ры име­ни Н. К. Круп­ской. Этот вуз он так­же окон­чил с отли­чи­ем, полу­чив режис­сер­скую спе­ци­аль­ность.

В 1966 году по рас­пре­де­ле­нию Кали­нин при­был в Псков. Здесь начал­ся его дол­гий путь руко­во­ди­те­ля: он рабо­тал мето­ди­стом, воз­глав­лял Област­ной Дом народ­но­го твор­че­ства и еди­ный науч­но-мето­ди­че­ский центр, десять лет заве­до­вал город­ским отде­лом куль­ту­ры. В 1983 году его назна­чи­ли заме­сти­те­лем пред­се­да­те­ля Псков­ско­го гор­ис­пол­ко­ма, а в 1992 году — заме­сти­те­лем гла­вы адми­ни­стра­ции горо­да по соци­аль­но­му раз­ви­тию. На выс­ших руко­во­дя­щих долж­но­стях Пско­ва он про­был два­дцать три года, вплоть до 2006 года.

Сфор­ми­ро­вав­шись в стро­гой совет­ской систе­ме, Кали­нин пере­нес аппа­рат­ные при­выч­ки в твор­че­скую сре­ду. Для нефор­маль­ной куль­ту­ры 1970–1980‑х годов он дол­гое вре­мя оста­вал­ся стро­гим цен­зо­ром: без его согла­со­ва­ния кол­лек­ти­вы само­де­я­тель­но­сти не мог­ли высту­пать на офи­ци­аль­ных пло­щад­ках. Будучи глав­ным орга­ни­за­то­ром мас­со­вых зре­лищ, Иван Его­ро­вич вывел город­ские празд­ни­ки на пло­ща­ди, но при этом неред­ко под­вер­гал­ся кри­ти­ке за излиш­ний раз­мах Дней горо­да в ущерб пла­но­мер­но­му ремон­ту исто­ри­че­ских памят­ни­ков. Дол­гие годы рабо­ты при­учи­ли его к осто­рож­но­сти, поз­во­ляя эффек­тив­но гасить кон­флик­ты в сре­де интел­ли­ген­ции. В фев­ра­ле 1962 года, во вре­мя фор­ми­ро­ва­ния Псков­ско­го лите­ра­тур­но­го объ­еди­не­ния, мест­ная орга­ни­за­ци­он­ная сре­да толь­ко нащу­пы­ва­ла новые фор­мы рабо­ты, но к момен­ту при­хо­да Кали­ни­на в управ­ле­ние куль­ту­рой эта систе­ма уже тре­бо­ва­ла твер­дой адми­ни­стра­тив­ной руки.

В этой двой­ствен­но­сти крыл­ся глав­ный пара­докс его лич­но­сти. Тот же систем­ный руко­во­ди­тель раз­вер­нул адми­ни­стра­тив­ный ресурс в сто­ро­ну тех, о ком госу­дар­ство забо­ти­лось мень­ше все­го. Кали­нин дей­ство­вал не толь­ко как вице-мэр, но и как офи­ци­аль­ный упол­но­мо­чен­ный бла­го­тво­ри­тель­ной рус­ско-немец­кой орга­ни­за­ции «Ини­ци­а­ти­ва Псков». В тан­де­ме с немец­ким еван­ге­ли­че­ским тео­ло­гом Дите­ром Бахом он добил­ся стро­и­тель­ства Цен­тра лечеб­ной педа­го­ги­ки и пер­вых в Рос­сии Про­из­вод­ствен­но-инте­гра­ци­он­ных мастер­ских для людей с тяже­лы­ми мен­таль­ны­ми нару­ше­ни­я­ми. Немец­кий пас­тор назы­вал его чело­ве­ком глу­бо­ко­го состра­да­ния, посколь­ку Иван Его­ро­вич про­сил помо­щи для самых без­за­щит­ных горо­жан, нико­гда не тре­буя ниче­го для себя лич­но.

За власт­ным пан­ци­рем чинов­ни­ка скры­вал­ся писа­тель. Его пер­вая кни­га «Клуб — это твор­че­ство» вышла в Москве в 1980 году. Поз­же он издал мас­штаб­ную серию из деся­ти томов, куда вошли «Запис­ки клуб­ни­ка» (1995), «Клуб­ные встре­чи» (1996), «Клу­бок» (1998), «Бес­по­кой­но-застой­ные» (2000) и фило­соф­ский сбор­ник «Уго­лок души тво­ей…» (2001). Твор­че­ским ито­гом ста­ла сов­мест­ная с Дите­ром Бахом кни­га бесед «Я смот­рел в твое серд­це…» (в ряде изда­ний вышед­шая под назва­ни­ем «Я загля­нул в ваши серд­ца», 2003). В 2014 году вышла его бро­шю­ра «Дети вой­ны», в кото­рой автор обра­тил­ся к лич­ным вос­по­ми­на­ни­ям о нача­ле соро­ко­вых годов и судь­бах сво­е­го поко­ле­ния.

Мас­штаб авто­ри­те­та Кали­ни­на про­явил­ся в 2006 году, когда Псков­ская город­ская Дума рас­смат­ри­ва­ла вопрос о при­сво­е­нии зва­ния «Почет­ный граж­да­нин горо­да Пско­ва». Это собы­тие ста­ло отра­же­ни­ем непро­сто­го рас­ко­ла в лите­ра­тур­ной сре­де реги­о­на: в то вре­мя в обла­сти дей­ство­ва­ли две парал­лель­ные писа­тель­ские струк­ту­ры, и каж­дая выдви­ну­ла на высо­кое зва­ние сво­е­го кан­ди­да­та. Псков­ское реги­о­наль­ное отде­ле­ние Сою­за писа­те­лей Рос­сии под­дер­жа­ло извест­но­го псков­ско­го про­за­и­ка Алек­сандра Боло­го­ва, мно­го лет воз­глав­ляв­ше­го орга­ни­за­цию, а аль­тер­на­тив­ное «Объ­еди­не­ние псков­ских писа­те­лей» во гла­ве с Ире­ной Пан­чен­ко — Ива­на Кали­ни­на. В тай­ном голо­со­ва­нии депу­та­ты отда­ли пред­по­чте­ние Кали­ни­ну (11 голо­сов про­тив 4), а Боло­го­ва внес­ли в Кни­гу Поче­та. Этот факт сви­де­тель­ство­вал, что для город­ско­го сооб­ще­ства Иван Его­ро­вич стал мас­штаб­ной фигу­рой, чей вклад в соци­аль­ную сфе­ру и меж­ду­на­род­ные свя­зи Пско­ва имел опре­де­ля­ю­щее зна­че­ние.

Иван Кали­нин был удо­сто­ен зва­ния «Заслу­жен­ный работ­ник куль­ту­ры РСФСР», награж­ден орде­на­ми «Знак Поче­та» и Друж­бы, меда­ля­ми, а так­же зару­беж­ны­ми зна­ка­ми отли­чия — Сереб­ря­ным кре­стом горо­да Куопио (Фин­лян­дия) и Сереб­ря­ным кре­стом орде­на «За заслу­ги перед Феде­ра­тив­ной Рес­пуб­ли­кой Гер­ма­ния».

Ива­на Его­ро­ви­ча не ста­ло 2 янва­ря 2016 года. Он похо­ро­нен на Орле­цов­ском клад­би­ще Пско­ва. В рам­ках празд­но­ва­ния Дня горо­да, 21 июля 2017 года, на фаса­де дома № 18 по ули­це Кисе­ле­ва уста­но­ви­ли мемо­ри­аль­ную дос­ку. На ее откры­тии его дав­ний сорат­ник, ком­по­зи­тор Нико­лай Мишу­ков, под­черк­нул, что для всей твор­че­ской сре­ды горо­да Иван Его­ро­вич оста­вал­ся близ­ким, почти род­ным чело­ве­ком. Его насле­дие оста­лось в кни­гах и в десят­ках спа­сен­ных дет­ских судеб, для кото­рых создан­ные им учре­жде­ния ста­ли насто­я­щей оби­те­лью мило­сер­дия.
.

Алек­сандр Камян­чук «Журав­ли над Вели­кой».

Золотцев Станислав Александрович

Станислав Александрович Золотцев в музее мёда. Цифровая художественная реконструкция выполнена на основе прижизненной фотографии из архивов псковского писателя Смолькина Игоря Александровича. Компьютерная обработка — А. В. Камянчук

В совре­мен­ной рус­ской лите­ра­ту­ре Ста­ни­слав Алек­сан­дро­вич Золот­цев остал­ся как фигу­ра мас­штаб­ная и раз­но­сто­рон­няя. В его харак­те­ре и судь­бе соче­та­лись лиризм пере­вод­чи­ка-поли­гло­та и дис­ци­пли­на флот­ско­го офи­це­ра, глу­бо­кая эру­ди­ция интел­лек­ту­а­ла и упря­мая вер­ность род­ной псков­ской зем­ле. При пер­вом зна­ком­стве он про­из­во­дил впе­чат­ле­ние чело­ве­ка реши­тель­но­го и дело­во­го, но за внеш­ней стро­го­стью скры­ва­лась доб­рая, отзыв­чи­вая и щед­рая душа.

Жиз­нен­ный путь писа­те­ля начал­ся 21 апре­ля 1947 года в деревне Крест­ки под Пско­вом (сей­час эта тер­ри­то­рия вхо­дит в чер­ту город­ско­го мик­ро­рай­о­на Заве­ли­чье). Маль­чик родил­ся в семье сель­ских учи­те­лей и с дет­ства инте­ре­со­вал­ся исто­ри­ей края. Его взрос­ле­ние не было каби­нет­ным: после пере­ез­да роди­те­лей в Псков под­ро­сток пере­шел в вечер­нюю шко­лу рабо­чей моло­де­жи, а в пят­на­дцать лет начал тру­дить­ся сле­са­рем на псков­ском заво­де АДС. Физи­че­ский труд и зна­ние реаль­ной жиз­ни изнут­ри убе­рег­ли его буду­щие про­из­ве­де­ния от искус­ствен­но­сти и фаль­ши.

В 1963 году Золот­цев посту­пил на фило­ло­ги­че­ский факуль­тет Ленин­град­ско­го госу­дар­ствен­но­го уни­вер­си­те­та. Пер­вые два кур­са он учил­ся на вечер­нем отде­ле­нии, сов­ме­щая уче­бу с рабо­той стро­и­те­ля на Киров­ском заво­де. В уни­вер­си­тет­скую пере­вод­че­скую ком­па­нию он попал бла­го­да­ря сту­дент­ке англий­ско­го отде­ле­ния Елене Фрад­ки­ной (учив­шей­ся на курс стар­ше). Совре­мен­ни­ки запом­ни­ли его тогдаш­ний «хемин­гу­эев­ский» облик на засе­да­ни­ях сту­ден­че­ско­го науч­но­го обще­ства: золо­ти­стая бород­ка, сви­тер гру­бой вяз­ки и увле­чен­ное чте­ние соб­ствен­ных пере­во­дов из Джо­на Мейс­фил­да. В сту­ден­че­ские годы Ста­ни­слав часа­ми мог рас­суж­дать о лите­ра­тур­ных тра­ди­ци­ях, вли­я­нии Тют­че­ва на Бло­ка и уже тогда отно­сил­ся к соб­ствен­но­му дару с огром­ной ответ­ствен­но­стью, рабо­тая без пере­ры­ва.

В 1968 году Золот­цев окон­чил англий­ское пере­вод­че­ское отде­ле­ние ЛГУ. К это­му вре­ме­ни он успел пере­ве­сти, поми­мо сти­хов для дипло­ма об англий­ских «окоп­ных» поэтах Пер­вой миро­вой вой­ны, все соне­ты Шекс­пи­ра. Поз­же Еле­на Фрад­ки­на вспо­ми­на­ла, как гости­ла в Москве у сво­е­го дяди Лео­ни­да Утё­со­ва и про­чи­та­ла ему сонет № 90 в двух пере­во­дах — Саму­и­ла Мар­ша­ка и Ста­ни­сла­ва Золот­це­ва, не назы­вая авто­ров. Извест­ный артист уве­рен­но пред­по­чел вари­ант Золот­це­ва.

После уни­вер­си­те­та Ста­ни­слав два года рабо­тал пере­вод­чи­ком в Индии. Вер­нув­шись, пре­по­да­вал в Исто­ри­ко-архив­ном инсти­ту­те в Москве и сотруд­ни­чал с «Инту­ри­стом». С 1972 по 1975 год век­тор его био­гра­фии рез­ко изме­нил­ся: Золот­цев слу­жил офи­це­ром мор­ской авиа­ции на Север­ном фло­те. Арк­ти­че­ская служ­ба выра­бо­та­ла в нем твер­дость харак­те­ра, кото­рая поз­же помо­га­ла отста­и­вать свои убеж­де­ния. После демо­би­ли­за­ции он окон­чил аспи­ран­ту­ру на кафед­ре зару­беж­ной лите­ра­ту­ры МГУ име­ни М. В. Ломо­но­со­ва, где защи­тил кан­ди­дат­скую дис­сер­та­цию по твор­че­ству вал­лий­ско­го поэта Дила­на Тома­са.

Сти­хи Золот­це­ва нача­ли появ­лять­ся в печа­ти в 1970 году на стра­ни­цах жур­на­лов «Авро­ра» и «Новый мир». С пер­вой зна­ко­вой пуб­ли­ка­ци­ей в «Новом мире» был свя­зан курьез­ный слу­чай: в типо­гра­фии пере­пу­та­ли бук­вы и напе­ча­та­ли фами­лию поэта как «Золо­ту­ев». Ошиб­ка силь­но рас­стро­и­ла моло­до­го авто­ра, ведь в под­бор­ке вышло одно из его люби­мых сти­хо­тво­ре­ний — «Крик пету­ха, тре­вож­ный и пру­жин­ный…». Впро­чем, при сле­ду­ю­щих пуб­ли­ка­ци­ях фами­лию писа­ли пра­виль­но. Дебют­ная кни­га «Зим­няя раду­га» вышла в 1975 году, и в том же году два­дца­ти­вось­ми­лет­не­го авто­ра при­ня­ли в Союз писа­те­лей СССР.

Псков­ский поэт Вале­рий Мухин вспо­ми­нал, как 21 фев­ра­ля 1986 года пред­се­да­тель писа­тель­ской орга­ни­за­ции Алек­сандр Боло­гов при­вел Ста­ни­сла­ва Золот­це­ва на встре­чу с рабо­чи­ми в клуб заво­да ТЕСО. Автор читал тек­сты из сво­е­го ново­го сбор­ни­ка «По север­ной тро­пе», выпу­щен­но­го изда­тель­ством «Совет­ский писа­тель». Рабо­чей ауди­то­рии сра­зу запом­ни­лись его сти­хо­тво­ре­ния «Чёр­ная коро­ва» и «Мы новую пес­ню нач­нём», в кото­рых отчет­ли­во про­явил­ся бес­ком­про­мисс­ный харак­тер авто­ра.

Все­го за трид­цать лет рабо­ты Золот­цев выпу­стил 25 поэ­ти­че­ских сбор­ни­ков, несколь­ко книг про­зы, три лите­ра­ту­ро­вед­че­ских иссле­до­ва­ния и более 20 книг пере­во­дов с пяти язы­ков, вклю­чая бен­га­ли, англий­ский и фар­си. Он оста­вал­ся уди­ви­тель­но вни­ма­тель­ным к чужим успе­хам: сле­дил за пуб­ли­ка­ци­я­ми дру­зей, радо­вал­ся их пере­вод­че­ским уда­чам и все­гда про­сил оста­вить авто­граф на пода­рен­ных кни­гах. С 1975 по 1995 год он актив­но участ­во­вал в лите­ра­тур­ной жиз­ни Моск­вы и Ленин­гра­да, вхо­дил в руко­вод­ство Сою­за писа­те­лей Рос­сии, а с 1992 по 2000 год воз­глав­лял сто­лич­ный Лит­фонд.

Прин­ци­пи­аль­ная граж­дан­ская пози­ция писа­те­ля про­яви­лась в пери­о­ды круп­ных обще­ствен­ных потря­се­ний. В сен­тяб­ре-октяб­ре 1993 года во вре­мя остро­го поли­ти­че­ско­го кри­зи­са и штур­ма Дома Сове­тов в Москве Золот­цев нахо­дил­ся внут­ри оса­жден­но­го зда­ния Вер­хов­но­го Сове­та вплоть до тра­ги­че­ской раз­вяз­ки. Поз­же он отра­зил этот тяже­лый опыт в сти­хах:

«С октяб­ря во мне — два глав­ных ощу­ще­нья.
В каж­дом — эхо зал­пов пушеч­ных зву­чит.
Отто­го, что жив остал­ся, — удив­ле­нье.
Отто­го, что жив остал­ся — жгу­чий стыд».

С 1995 года Золот­цев стал про­во­дить боль­ше вре­ме­ни в род­ном Пско­ве. Его воз­вра­ще­ние сов­па­ло с рас­ко­лом внут­ри Псков­ской писа­тель­ской орга­ни­за­ции, кото­рой руко­во­дил Алек­сандр Боло­гов. Об этих собы­ти­ях оста­лись раз­ные сви­де­тель­ства. Боло­гов в мему­а­рах «Пра­вит пару­сом не ветер…» утвер­ждал, что Золот­цев искал лишь фор­маль­ную долж­ность ради зара­бот­ка. «Почи­та­тель­ни­ца псков­ской лите­ра­ту­ры» (по сви­де­тель­ству совре­мен­ни­ков, под этим псев­до­ни­мом высту­па­ла Ире­на Пан­чен­ко) воз­ра­жа­ла: для Золот­це­ва это был прин­ци­пи­аль­ный шаг. В ито­ге 11 декаб­ря 1997 года воз­ник­ло аль­тер­на­тив­ное «Объ­еди­не­ние псков­ских писа­те­лей», и Золот­цев стал его пер­вым пред­се­да­те­лем.

Сво­им глав­ным подар­ком род­но­му горо­ду поэт счи­тал текст офи­ци­аль­но­го гим­на Пско­ва, поло­жен­ный на музы­ку ком­по­зи­то­ра Нико­лая Мишу­ко­ва. Вале­рий Мухин вспо­ми­нал, как на одном из твор­че­ских вече­ров в «Писа­тель­ской гости­ной» на Риж­ском про­спек­те, 64, Золот­цев поде­лил­ся ходом рабо­ты над этим про­ек­том, назвав согла­со­ва­ние тек­ста «сплош­ным хож­де­ни­ем по мукам». Псков­ская Город­ская Дума офи­ци­аль­но утвер­ди­ла гимн в 1999 году. Стро­ки о седом горо­де, хра­ни­мом свя­той Оль­гой, о блес­ке бар­са над баш­ня­ми и золо­те кре­стов Кро­ма сра­зу лег­ли на серд­це пско­ви­чам.

В лири­ке Золот­цев часто высту­пал как певец люб­ви, вос­пе­вая образ рус­ской жен­щи­ны. Его поэ­ти­че­ская сила заклю­ча­лась не в при­чуд­ли­вых мета­фо­рах, а в наме­рен­ной про­сто­те слов, заду­шев­но­сти тона и искрен­но­сти чув­ства, что хоро­шо замет­но в сти­хо­тво­ре­нии «В кле­вер­ном поле»:

«Что пом­ню я в жиз­ни! – лишь самую малость –
Лишь веч­ность, где мы цело­ва­лись с тобой».

При этом его поэ­зия оста­ва­лась ост­ро­со­вре­мен­ной. Золот­цев мучи­тель­но раз­мыш­лял над судь­бой Рос­сии, тре­вож­но вгля­ды­ва­ясь в буду­щее и наде­ясь на пре­одо­ле­ние сму­ты. Он твер­до верил в сози­да­тель­ную силу наро­да, под­чер­ки­вая: «Мы есть, мы — рус­ские, мы — люди / Тыся­че­ле­тий, а не лет».

В апре­ле 2000 года во вре­мя поезд­ки в Петер­бург Ста­ни­слав про­вел неза­бы­ва­е­мые сут­ки в гостях у Еле­ны Фрад­ки­ной и ее мужа Ана­то­лия Пет­ро­ва, редак­то­ра «Седь­мой тет­ра­ди» жур­на­ла «Нева». Дру­зья мно­го гово­ри­ли о псков­ских писа­тель­ских делах. Золот­цев, обла­дав­ший ред­ким актер­ским даром, потря­са­ю­ще и смеш­но импро­ви­зи­ро­вал, изоб­ра­жая мест­ных пер­со­на­жей. На этой встре­че было реше­но опуб­ли­ко­вать его эссе в «Неве», и поз­же Ана­то­лий Пет­ров напе­ча­тал его боль­шую рабо­ту о Дилане Тома­се.

Спу­стя пять лет, летом 2005 года, рас­ко­ло­тые псков­ские писа­тель­ские орга­ни­за­ции впер­вые сели за стол пере­го­во­ров о вос­со­еди­не­нии. На сов­мест­ном засе­да­нии прав­ле­ний Золот­цев встре­тил эту ини­ци­а­ти­ву с горь­ким скеп­си­сом. Высту­пая в прин­ци­пе за един­ство лите­ра­тур­но­го цеха, он не верил ни в искрен­ность момен­та, ни в под­держ­ку вла­стей: «Вла­сти мы не нуж­ны ни в каком виде: ни в объ­еди­нен­ном, ни в разъ­еди­нен­ном… Это объ­еди­не­ние конъ­юнк­тур­но. Поче­му этот раз­го­вор не заво­дил­ся пять-шесть лет тому назад? За всё это вре­мя меня в пер­вый раз позва­ли на Пуш­кин­ский празд­ник». Поэт опа­сал­ся, что в спеш­ке фор­маль­но­го сли­я­ния утра­тит­ся живой, неза­ви­си­мый дух двух орга­ни­за­ций, и при­зы­вал кол­лег решать этот вопрос не сует­но, не ради чинов­ни­чьей галоч­ки.

Одна­ко к весне 2007 года былые лите­ра­тур­ные раз­но­гла­сия оста­лись поза­ди. В мае на общем собра­нии Псков­ской област­ной писа­тель­ской орга­ни­за­ции имен­но Алек­сандр Боло­гов пред­ло­жил выдви­нуть кни­гу избран­ных про­из­ве­де­ний Золот­це­ва «Послед­ний соло­вей» на пре­мию Сою­за писа­те­лей Рос­сии. Пред­се­да­тель орга­ни­за­ции Игорь Смоль­кин в сво­ей речи отме­тил, что Ста­ни­слав Алек­сан­дро­вич при­над­ле­жит к когор­те под­лин­ных масте­ров, чей путь — «пред­сто­ять Истине, слу­жить Истине и сви­де­тель­ство­вать об Истине с пол­ной само­от­да­чей». Гово­ря о глу­бин­ной свя­зи поэта с род­ной зем­лёй, Смоль­кин назвал его неотъ­ем­ле­мой частью «тыся­че­лет­не­го родо­во­го дре­ва» Рос­сии и под­черк­нул: «Боль Рос­сии — это его боль; надеж­да Рос­сии — его надеж­да; вера Рос­сии — его вера!». Собра­ние под­дер­жа­ло выдви­же­ние еди­но­глас­но, а по ито­гам года кни­га была отме­че­на Все­рос­сий­ской лите­ра­тур­ной пре­ми­ей име­ни Ф. И. Тют­че­ва «Рус­ский путь».

Осе­нью 2007 года здо­ро­вье поэта замет­но пошат­ну­лось. На сен­тябрь­ском засе­да­нии прав­ле­ния Игорь Смоль­кин пред­ло­жил выде­лить Ста­ни­сла­ву Алек­сан­дро­ви­чу мате­ри­аль­ную помощь, отме­тив, что ему «мно­го средств сей­час при­хо­дит­ся тра­тить на лече­ние, в том чис­ле и в Санкт-Петер­бур­ге». В кон­це янва­ря 2008 года, когда Вале­рий Мухин слу­чай­но встре­тил Золот­це­ва у поч­то­во­го отде­ле­ния на ули­це Ком­му­наль­ной, поэт выгля­дел бод­рым и почти счаст­ли­вым. Он шел полу­чать свою самую первую в жиз­ни пен­сию. Ста­ни­слав Алек­сан­дро­вич улы­бал­ся и шутил, раду­ясь собы­тию. На дво­ре сто­ял лег­кий январ­ский моро­зец, а до тра­ги­че­ской раз­вяз­ки оста­ва­лось все­го несколь­ко дней.

В нача­ле фев­ра­ля писа­тель тяже­ло забо­лел пнев­мо­ни­ей, кото­рая спро­во­ци­ро­ва­ла обшир­ный инфаркт. Ста­ни­слав Алек­сан­дро­вич скон­чал­ся в Москве 4 фев­ра­ля 2008 года. Соглас­но заве­ща­нию, его похо­ро­ни­ли в Пско­ве на клад­би­ще Орлецы‑2.

В 2012 году реше­ни­ем Псков­ской город­ской Думы имя Ста­ни­сла­ва Золот­це­ва было при­сво­е­но город­ской биб­лио­те­ке духов­но­го раз­ви­тия «Род­ник».

...дай Бог из нас однажды хоть кому-то
сказать, взглянув на прошлое своё,
– Мы были современниками Смуты,
И мы спасли Россию от неё…

Алек­сандр Камян­чук «Журав­ли над Вели­кой».