Све­жий, тре­тий номер авто­ри­тет­но­го лите­ра­тур­но-худо­же­ствен­но­го жур­на­ла «Род­ная Ладо­га» за 2026 год № 3(77) стал насто­я­щим подар­ком для цени­те­лей рус­ской сло­вес­но­сти и духов­но­сти. На его стра­ни­цах мас­штаб­но и мно­го­гран­но зазву­ча­ли голо­са псков­ских писа­те­лей и поэтов. Их про­за и сти­хи, опуб­ли­ко­ван­ные в номе­ре, скла­ды­ва­ют­ся в еди­ное, уди­ви­тель­но гар­мо­нич­ное полот­но, где веко­вая свя­тость древ­ней зем­ли пере­пле­та­ет­ся с тихой кра­со­той рус­ской при­ро­ды, фило­соф­ски­ми раз­мыш­ле­ни­я­ми о бес­смер­тии души и ско­ро­теч­ным дыха­ни­ем сего­дняш­не­го дня.

Откры­ва­ет псков­скую стра­ни­цу жур­на­ла глу­бо­кое иссле­до­ва­ние Иго­ря Избор­це­ва (Смоль­ки­на) «Жем­чу­жи­ны рус­ской свя­то­сти». Писа­тель обра­ща­ет­ся к сакраль­ной исто­рии Псков­щи­ны — зем­ли, издрев­ле хра­ни­мой Богом и про­слав­лен­ной вели­ки­ми подвиж­ни­ка­ми. Автор про­во­дит чита­те­ля по мыс­лен­но­му палом­ни­че­ско­му пути: от свя­той рав­ноап­о­столь­ной кня­ги­ни Оль­ги, узрев­шей три све­то­вых луча над Вели­кой и зало­жив­шей Тро­иц­кий собор, до бла­го­вер­ных кня­зей-защит­ни­ков Все­во­ло­да-Гав­ри­и­ла и Дов­мон­та. Вспо­ми­на­ет он и бес­страш­но­го юро­ди­во­го Нико­лая Сало­са, оста­но­вив­ше­го Гроз­но­го царя, и осно­ва­те­лей Спа­со-Еле­аза­ров­ской оби­те­ли, и пре­по­доб­ных отцов Пско­во-Печер­ских.

Цен­траль­ной же темой тек­ста ста­но­вит­ся уди­ви­тель­ное, почти неиз­вест­ное широ­ко­му кру­гу жиз­не­опи­са­ние бла­жен­но­го Игна­тия Яко­вле­ва (1888–1971) — сле­по­го юро­ди­во­го, крест­ни­ка свя­то­го пра­вед­но­го Иоан­на Крон­штадт­ско­го. Игорь Избор­цев береж­но соби­ра­ет сви­де­тель­ства про­зор­ли­во­сти это­го уди­ви­тель­но­го стар­ца, кото­рый стран­ство­вал по севе­ро-запад­ным губер­ни­ям, дру­жил с леген­дар­ным намест­ни­ком Печор архи­манд­ри­том Али­пи­ем и стар­цем Симео­ном. Пред­ска­за­ния Игна­тия, его тихая, но явная духов­ная сила, опи­сан­ные в очер­ке, напо­ми­на­ют нам: свя­тость — это не толь­ко древ­няя исто­рия, это то, что жило рядом с нами еще вче­ра.

Поэ­ти­че­ская руб­ри­ка номе­ра, пред­став­лен­ная авто­ра­ми из Пско­ва, пора­жа­ет раз­но­об­ра­зи­ем инто­на­ций — от зим­ней лири­че­ской мете­ли до стро­гой фило­со­фии и прон­зи­тель­но­го граж­дан­ско­го сло­ва.

Евге­ния Гусе­ва в сти­хо­тво­ре­нии «К Пуш­ки­но­го­рью» увле­ка­ет чита­те­ля в зим­нее путе­ше­ствие духа. Вью­ги и корот­кие мороз­ные дни не спо­соб­ны оста­но­вить «дерз­кую мысль», летя­щую к засне­жен­ной Свя­то­гор­ской огра­де, где поко­ит­ся глав­ный Поэт Рос­сии. Это сти­хо­тво­ре­ние — о нераз­рыв­ной свя­зи псков­ско­го про­стран­ства с рус­ской куль­ту­рой.

Совсем иное настро­е­ние — уми­ро­тво­рен­ное, почти ося­за­е­мо теп­лое — дарит Алек­сандр Себе­жа­нин (Пав­лов) в «Дере­вен­ском вече­ре». Его сти­хи мело­дич­ны и пах­нут «дух­мя­ным насто­ем коп­ны». Шепот осин, засы­па­ю­щий ветер и крот­кая молит­ва трост­ни­ков у под­но­жия сель­ско­го хра­ма созда­ют образ той самой вне­вре­мен­ной Руси, где в тишине ночи рож­да­ет­ся потреб­ность «поду­мать, пока­ять­ся, пораз­мыш­лять над сво­ею судь­бой».

Фило­соф­скую ноту в номер при­вно­сит Игорь Пло­хов. Его сти­хо­тво­ре­ние — это глу­бо­кий, зре­лый диа­лог чело­ве­ка со смер­тью и веч­но­стью. Поэт напо­ми­на­ет, что тело тлен­но, но душа, подоб­ная бес­смерт­но­му клуб­ку, «врос­ла в бес­смерт­ную при­ро­ду». Глав­ный мани­фест авто­ра — это сози­да­ние. Чело­век жив и упо­доб­ля­ет­ся Твор­цу толь­ко тогда, когда остав­ля­ет после себя след: «создать тро­пин­ку, про­се­ку, доро­гу — лишь ради это­го и сто­ит жить!».

Завер­ша­ет этот мощ­ный аккорд прон­зи­тель­ное «Пись­мо сол­да­ту» Татья­ны Рыжо­вой. Это сти­хо­тво­ре­ние невоз­мож­но читать без вол­не­ния — оно напи­са­но серд­цем мате­ри, сест­ры, Роди­ны. Бумаж­ный листок из Пско­ва ста­но­вит­ся для незна­ко­мо­го бой­ца на пере­до­вой духов­ным щитом и обе­ре­гом. Поэтес­са напо­ми­на­ет защит­ни­ку, что за его пле­ча­ми — «свя­тых и геро­ев зем­ля», кото­рая выбра­ла его сего­дня «зна­мя рус­ско­го мира нести». Молит­вен­ное пред­сто­я­ние за жизнь вои­на, про­хо­дя­щее сквозь дро­ны и огонь, зву­чит как гимн вере в неми­ну­е­мую Побе­ду.

Новый номер «Род­ной Ладо­ги» в оче­ред­ной раз дока­зал: псков­ское писа­тель­ское сло­во сего­дня — живое, силь­ное, ищу­щее отве­ты на самые слож­ные вопро­сы бытия. Псков­ские авто­ры вновь под­твер­ди­ли ста­тус сво­е­го края как одно­го из духов­ных и лите­ра­тур­ных цен­тров совре­мен­ной Рос­сии.

Алек­сандр Камян­чук