Метка: Евгений Нестеренко

Исто­ри­че­ская память явля­ет­ся хруп­кой мате­ри­ей. Со вре­ме­нем блек­нут чер­ни­ла в цер­ков­ных мет­ри­ках, ухо­дят сви­де­те­ли эпо­хи, вет­ша­ют ста­рин­ные усадь­бы. Что­бы вер­нуть про­шлое из небы­тия, нуж­ны иссле­до­ва­те­ли осо­бо­го скла­да, обла­да­ю­щие ред­ким архив­ным упор­ством и зор­ко­стью. В пле­я­де хра­ни­те­лей Псков­ской зем­ли имя Нико­лая Сте­па­но­ви­ча Нови­ко­ва зани­ма­ет уни­каль­ное место. Этот дотош­ный, пре­дан­ный сво­е­му делу кра­е­вед и писа­тель зано­во открыл для оте­че­ствен­ной куль­ту­ры неиз­вест­ные стра­ни­цы из жиз­ни трех гени­ев Рос­сии: Моде­ста Мусорг­ско­го, пат­ри­ар­ха Тихо­на и Алек­сандра Пуш­ки­на.

Жиз­нен­ный путь буду­ще­го иссле­до­ва­те­ля начал­ся 4 мая 1933 года в Вели­ких Луках. Его судь­ба каза­лась пред­ре­шён­ной, ведь он рос в семье потом­ствен­ных желез­но­до­рож­ни­ков, чья общая дина­стия насчи­ты­ва­ла пол­то­ра сто­ле­тия. Свой тру­до­вой путь юно­ша начи­нал на стан­ци­он­ных путях род­но­го горо­да, одна­ко стук вагон­ных колёс не смог заглу­шить в нём тягу к живой зем­ле и пости­же­нию её исто­ков. Окон­чив вечер­нюю шко­лу, моло­дой чело­век кру­то изме­нил век­тор судь­бы и полу­чил сель­ско­хо­зяй­ствен­ное обра­зо­ва­ние.

В его ран­ней био­гра­фии был при­ме­ча­тель­ный южный пери­од: Нови­ков рабо­тал в зна­ме­ни­том Никит­ском бота­ни­че­ском саду в Ялте и на Кав­ка­зе, после чего вер­нул­ся на род­ные псков­ские поля. Эта сози­да­тель­ная про­фес­сия, тре­бу­ю­щая тер­пе­ния и вни­ма­ния к дета­лям, выра­бо­та­ла в нем фено­ме­наль­ную обсто­я­тель­ность. Поз­же он пере­нес ее с паш­ни на рабо­ту с пожел­тев­ши­ми архив­ны­ми доку­мен­та­ми.

С 1960 года глав­ной в жиз­ни Нико­лая Сте­па­но­ви­ча ста­но­вит­ся жур­на­ли­сти­ка. Он сотруд­ни­чал с област­ной моло­деж­ной газе­той «Моло­дой лени­нец», а затем трид­цать лет тру­дил­ся соб­ствен­ным кор­ре­спон­ден­том «Псков­ской прав­ды» по югу реги­о­на. Кол­ле­га по перу Вла­ди­мир Фёдо­ров поз­же вспо­ми­нал, что в жур­на­лист­ской сре­де Нови­ков выде­лял­ся как автор уди­ви­тель­но про­ник­но­вен­ных, душев­ных очер­ков: «Осо­бо люби­мы­ми были коман­ди­ров­ки в дере­вен­ские глу­бин­ки, где он нахо­дил корен­ных кре­стьян с чистой душой, сми­рен­ных, тер­пе­ли­вых, веря­щих толь­ко в милость Божью». Резуль­та­том этих поез­док ста­ла кни­га очер­ков «Каж­дый день на рас­све­те», выпу­щен­ная мос­ков­ским изда­тель­ством «Совре­мен­ник» в нача­ле 1980‑х годов. Кро­ме того, Нови­ков мно­го сде­лал для сохра­не­ния памя­ти о войне — он сто­ял у исто­ков созда­ния Вели­ко­лук­ско­го музея ком­со­моль­ской сла­вы име­ни Алек­сандра Мат­ро­со­ва и посвя­тил ему свою первую кни­гу.

Точ­кой же отсче­та для его глав­но­го исто­ри­че­ско­го иссле­до­ва­ния ста­ла лич­ная дра­ма. В нача­ле 1966 года Нови­ков тяже­ло забо­лел и почти год про­вел в ленин­град­ской кли­ни­ке Воен­но-меди­цин­ской ака­де­мии. Его сосе­дом по пала­те ока­зал­ся интел­ли­гент­ный ленин­гра­дец Борис Воро­бьев, кото­рый коро­тал боль­нич­ные дни за про­слу­ши­ва­ни­ем пла­сти­нок с клас­си­че­ской музы­кой. Одна­жды в пала­те зазву­ча­ли фраг­мен­ты опе­ры «Борис Году­нов», и Воро­бьев про­тя­нул Нико­лаю кни­гу о Моде­сте Мусорг­ском со сло­ва­ми: «Почи­тай, это ведь о тво­ем зем­ля­ке». Судь­ба ком­по­зи­то­ра настоль­ко пора­зи­ла Нови­ко­ва, что он дал себе зарок: если выжи­вет и вый­дет из боль­ни­цы, обя­за­тель­но съез­дит на роди­ну вели­ко­го музы­кан­та — в дерев­ню Каре­во.

Свое сло­во он сдер­жал. В июле 1966 года, все­го через неде­лю после выпис­ки, Нико­лай Нови­ков сошел с поез­да на полу­стан­ке Жижи­ца и пеш­ком отпра­вил­ся в Каре­во. Так нача­лось его иссле­до­ва­тель­ское палом­ни­че­ство дли­ною в чет­верть века. Оста­вив со вре­ме­нем изма­ты­ва­ю­щую газет­ную текуч­ку, он пол­но­стью сосре­до­то­чил­ся на запол­не­нии белых пятен псков­ской исто­рии.

То, что писа­тель совер­шил в госу­дар­ствен­ных архи­вах, музы­ко­ве­ды поз­же назва­ли науч­ной сен­са­ци­ей. Дол­гие деся­ти­ле­тия ран­ние годы Моде­ста Пет­ро­ви­ча Мусорг­ско­го оста­ва­лись белым пят­ном, окру­жен­ным леген­да­ми. Нови­ков решил дове­рить­ся исклю­чи­тель­но доку­мен­там Духов­ной кон­си­сто­рии. Года­ми он скру­пу­лез­но про­се­и­вал связ­ки архив­ных дел. Писа­тель вспо­ми­нал, что пона­ча­лу рас­шиф­ров­ка вити­е­ва­той ско­ро­пи­си XVIII–XIX веков дава­лась с тру­дом, но посте­пен­но глаз при­вык к ста­рин­но­му почер­ку.

В огром­ном фоли­ан­те мет­ри­че­ских книг пого­ста Пошив­ки­но Нови­ков отыс­кал под­лин­ную запись о рож­де­нии ком­по­зи­то­ра 9 мар­та 1839 года. Он нашел вен­чаль­ные доку­мен­ты роди­те­лей Мусорг­ско­го, вос­ста­но­вил на кар­те гра­ни­цы исчез­нув­ших уса­деб Нау­мо­во и Полу­ти­но, уста­но­вил реаль­ные име­на кре­стьян и их потом­ков, соби­рав­ших све­де­ния о гении рус­ской музы­ки. Эти откры­тия лег­ли в осно­ву его кни­ги «У исто­ков вели­кой музы­ки» (1989), за кото­рой после­до­ва­ло пре­ис­пол­нен­ное глу­бо­ко­го бла­го­го­ве­ния изда­ние «Молит­ва Мусорг­ско­го». Выда­ю­щий­ся рус­ский бас Евге­ний Несте­рен­ко при­зна­вал, что скром­ный вели­ко­лук­ский жур­на­лист встал в один ряд с пер­вым био­гра­фом ком­по­зи­то­ра Вла­ди­ми­ром Ста­со­вым.

Вто­рой мону­мен­таль­ный труд Нико­лая Сте­па­но­ви­ча был посвя­щен один­на­дца­то­му Пат­ри­ар­ху Мос­ков­ско­му и всея Руси Тихо­ну (Васи­лию Бел­ла­ви­ну). Изу­чив мас­си­вы кли­ро­вых ведо­мо­стей и испо­вед­ных рос­пи­сей, Нови­ков подроб­но вос­ста­но­вил родо­слов­ную семьи Бел­ла­ви­ных. Он пока­зал, как на пого­сте Клин Торо­пец­ко­го уез­да в сре­де про­стых при­чет­ни­ков фор­ми­ро­вал­ся харак­тер буду­ще­го заступ­ни­ка пра­во­слав­ной церк­ви. За кни­гу «Колы­бель опаль­но­го Пат­ри­ар­ха» автор в 1999 году полу­чил пре­мию Адми­ни­стра­ции Псков­ской обла­сти.

Тре­тьей вер­ши­ной иссле­до­ва­те­ля ста­ла пуш­ки­ни­сти­ка. Рабо­тая в Гос­ар­хи­ве Псков­ской обла­сти, Нови­ков бук­валь­но пофа­миль­но вос­ста­но­вил окру­же­ние Алек­сандра Пуш­ки­на пери­о­да его михай­лов­ской ссыл­ки. В 2007 году в сбор­ни­ке «Михай­лов­ская Пуш­ки­ни­а­на» вышла его кни­га «Леген­ды и были Пуш­ки­но­го­рья», вер­нув­шая из небы­тия десят­ки лиц, общав­ших­ся с поэтом и родом Ган­ни­ба­лов.

В 1989 году Нико­лай Сте­па­но­вич Нови­ков стал чле­ном Сою­за писа­те­лей СССР. Все­го за годы твор­че­ства он издал око­ло два­дца­ти книг, а его уни­каль­ные откры­тия пуб­ли­ко­ва­лись в науч­ных жур­на­лах США, Англии, Фран­ции, Поль­ши и Чили. Его имя вне­се­но в «Золо­тая лето­пись слав­ных дел к 1100-летию Пско­ва». При этом он оста­вал­ся глу­бо­ко веру­ю­щим, скром­ным чело­ве­ком, убеж­ден­ным, что во всех его изыс­ка­ни­ях вел про­мы­сел Божий.

В 2008 году в пись­ме к близ­ко­му дру­гу Вла­ди­ми­ру Фёдо­ро­ву писа­тель так под­вел итог сво­е­му зем­но­му слу­же­нию: «При­зна­юсь тебе как бра­ту – сам не верю, что уда­лось про­жить такие МНОГИЕ ЛЕТА. Уже весь седой, лысый, высох­ший до костей ста­рик… а по духу, нра­ву, при­выч­кам всё кажусь себе Коль­кой из дет­ства под немец­ки­ми бом­бёж­ка­ми, с юно­ше­ской сен­ти­мен­таль­но­стью иду­щим по жиз­ни. Мыс­ли при­хо­дят бла­го­сло­вен­ные: это Гос­подь послал мне вза­мен неду­гов воз­мож­ность тво­рить, радо­вать­ся издан­ным кни­гам, опуб­ли­ко­ван­ным ста­тьям, встре­чам с извест­ны­ми людь­ми, став­ши­ми мои­ми еди­но­мыш­лен­ни­ка­ми. Сла­ва тебе, Боже за всё!»

Нико­лая Сте­па­но­ви­ча не ста­ло 13 сен­тяб­ря 2013 года. Он свя­то верил, что обще­ство обя­за­но беречь ту зем­лю, кото­рая пита­ет гени­ев. Бла­го­да­ря его тру­дам Псков­щи­на закре­пи­ла за собой ста­тус не толь­ко пуш­кин­ско­го края, но и колы­бе­ли вели­кой рус­ской музы­ки и несги­ба­е­мой пат­ри­ар­шей свя­то­сти.

Алек­сандр Камян­чук «Журав­ли над Вели­кой».