Государственная власть сегодня чётко осознала значение литературы в жизни современного российского общества. На прошедших съездах Союза писателей России председатель Союза, помощник Президента РФ Владимир Мединский взял твердый курс на консолидацию писательского сообщества. Главам региональных администраций был дан недвусмысленный посыл: роль писателя на местах должна неуклонно повышаться, а слово автора — звучать громко и с уважением.
Однако до некоторых регионов этот призыв, судя по всему, доходит с сильным искажением. Яркий и горький тому пример — недавний Пушкинский праздник поэзии в Псковской области. На родине великого поэта, где русское слово должно звучать свободно и гордо, приглашённые «эффективные менеджеры» выделили признанным мастерам региональной литературы… всего по 5 минут на выступление. И не просто выделили, а сопроводили это угрозами «жёстко оборвать» ради соблюдения тайминга и освобождения сцены под театральные и музыкальные молодежные проекты.
Русская литература всегда отвечала на чиновничий абсурд своим самым действенным оружием — сатирой. Предлагаем вашему вниманию фельетон, написанный по следам этих возмутительных событий.
Тайм-менеджмент у Лукоморья.
Автобус держал путь к главной пушкинской святыне — Михайловскому. За окном проносились вековые ели. Сама атмосфера здесь была пропитана рифмой, и даже щебет птиц складывался в изящный верлибр. В салоне находились те, чьими стихами Псковская земля дышит не первый год — признанные мастера слова, настоящие классики региональной литературы. Ехали себе. Никого не трогали.
Но поездку прервали. В центр салона, поправляя бейджик и транслируя уверенность выпускника курса «Прокачай культуру за выходные», вышел Молодой Организатор. В его взгляде не угадывался ни ямб, ни хорей. Зато светился KPI, жёсткий тайминг и решимость человека, только что открывшего для себя слово «оптимизация» и теперь применяющего его ко всему, включая вечность.
— Значит так, товарищи поэты! — начал он тоном сержанта, объясняющего новобранцам, как чистить картошку. — Времена динамичные, клиповое мышление, сами понимаете. Нам необходимо оптимизировать культурный поток.
Взмахнув планшетом, словно скрижалями, он огласил правила:
— Вам, уважаемые возрастные авторы, — слово «возрастные» он произнёс с интонацией продавца, деликатно предлагающего секонд-хенд, — я даю ровно 5 минут. Вышли, прочли коротенькое — и всё. Учтите: буду обрывать. Жёстко. У меня там молодёжь ждёт, им по 20–25 минут выделено. Ведь теперь как: молодым — у нас везде дорога, молодым везде у нас почёт!
Салон затих.
Где-то на холме в Михайловском бронзовый Александр Сергеевич, кажется, поморщился. А может, просто налетел ветер.
Если бы юноше выдали машину времени, страшно представить пушкинский праздник при самом виновнике торжества.
— Пушкин Александр! — кричал бы он в мегафон, сверяясь с таблицей в «Excel». — Ты куда с «Евгением Онегиным» лезешь? Там восемь глав! По регламенту — 5 минут. Читай «Я помню чудное мгновенье» в ускоренном темпе и освобождай сцену. После тебя юный гусар из TikTok-хауса битбоксит — я его лично пригласил! Он круто вставляет!
— Достоевский Фёдор! — морщился бы он, листая распечатку. — «Братья Карамазовы»? Формат не тот, хронометраж не бьётся, целевая аудитория не определена. Есть что-нибудь покороче? Нет? Тогда просто расскажите о себе в двух словах и уступите место.
— Лев Николаевич, вы куда? — кричал бы он вслед удаляющемуся силуэту. — Вашу «Войну и мир» мы вообще убрали из программы. В формат не влезает. Но вы держитесь!
Молодой Организатор, несомненно, убеждён, что провёл блестящее мероприятие. В его отчёте аккуратно выстроятся галочки: «молодёжь привлечена», «тайминг соблюдён», «бюджет освоен», «культура оптимизирована». Вероятно, промелькнёт и фраза «повышена вовлечённость аудитории в поэтический контент».
Но за этими отчётами скрывается обычная невоспитанность и пренебрежение к людям, сохраняющим литературу в регионах не за гранты, а по призванию. Без секундомеров и метрик.
Когда к поэтам, определяющим культурную жизнь Пскова, относятся как к помехе на пути «молодёжного хайпа», это не обновление. Это деградация по секундомеру. Причём бодрая, отчётная и щедро профинансированная.
И пока такие менеджеры с рубильником и планшетом командуют у микрофона, Музе остаётся лишь одно: уложиться в свои 5 минут, пока её «жёстко не оборвали», и уйти в народ. Туда, где поэзию меряют не хронометражом, а глубиной. Туда, где никто не крикнет в спину: «Следующий!»
Туда, куда менеджеры с бейджиками, к счастью, ещё не добрались.
Александр Сосновский
